Пружины блямкнули, причем одна блямкнула явно громче остальных, и матрас немного просел с правой стороны. Нет, ночевать здесь положительно опасно для здоровья. Брайан протянул руку и нащупал свою сумку. Старая карга предлагала оставить сумку в другой комнате, но его не проведешь, в таких нищих странах как эта (ни в каких странах третьего мира Брайан не бывал, но часто видел по телевизору репортажи из этих стран) сумки и другие вещи нельзя выпускать из виду, мгновенно сопрут. Это все равно, что прийти с шикарным чемоданом в бедный негритянский квартал, оставить его посреди улицы, а самому зайти купить сигарет. Пять минут, да что пять, и трех хватит, вашего багажа на месте уже не будет. Так что он, Брайан, на корню отмел все предложения старухи насчет его вещей. И как всегда, оказался прав, чтобы успокоить нервы ему сейчас позарез требовалось содержимое чемодана. Он нащупал последнюю прихваченную еще в самолете бутылку виски, отработанным движением открутил крышку и сделал пару глотков. Лучше не стало, действительность по-прежнему удручала. Брайан подумал, сколько же надо выпить, чтобы не замечать окружающего убожества. Пожалуй, здесь счет пошел бы не на бутылки, а на канистры или цистерны. Он допил виски и закатил бутылку под кровать, пусть старая карга помучается, извлекая ее оттуда во время уборки. Правда, совсем не похоже, что в доме вообще кто-то убирается.
Брайан шумно выдохнул и закрыл глаза. Нет, заснуть не получится. Даже через матрас чувствовалось, что в правый бок что-то впивается. Наверное, это была та самая громко блямкнувшая пружина. Брайан попытался найти позу поудобнее, но это оказалось невозможно, стоило чуть передвинуться влево, как пружины начинали угрожающе поскрипывать. Неожиданно он почувствовал, что хочет в туалет. Черт, а ведь он не выяснил у старухи, где они тут справляют большую и малую нужду. Проще всего выйти во двор и облегчиться там. Брайан с мстительным удовольствием подумал, что сделает это прямо на крыльцо. Пусть потом старая карга нюхает. Настроение его решительно улучшилось, он надел ботинки и пошел к выходу. В доме было тихо, наверное, Нэнси уже спит. Брайан немного подумал о ней. Бедняжка, похоже, думает, что у нее одна из главных ролей. Правильно думает, между прочим. В сценарии ее героиня доживает до финала. Дожила бы, если бы у фильма был другой режиссер. Но они позвали Брайана Делафонте, а у Брайана Делафонте еще ни одна блондинка не доживала до финала. Мало ли, что написано в сценарии. Тем более что переделать совсем недолго, ведь сценаристка тоже здесь. Он еще немного помечтал, как будет убивать героиню Нэнси. Почему-то хотелось, чтобы смерть ее была мучительной и грязной. И чтобы обязательно после смерти над телом надругались. Брайан так увлекся, что даже хрюкнул от удовольствия, и тут зажегся свет.
На пути к входной двери стояла старая карга, одетая в невообразимое белье. По правилам приличия следовало бы отвернуться. По зрелищности хотелось зажмуриться и убедить себя, что такого не может быть. По факту Брайан не мог отвести взгляд, настолько она была безобразна. Он подозревал, что женщины в зрелом возрасте вряд ли носят игривые стринги или танга. Однако желания проверить, что у них под одеждой, до сегодняшнего дня как-то не возникало. Он подумал, что эти жуткие розовые панталоны до колен теперь будут преследовать его всю оставшуюся жизнь.
Старая карга с шумом втянула в себя воздух и сморщилась, уловила, зараза, запах виски. Брайан криво улыбнулся и попытался протиснуться к дверям. Карга еще раз демонстративно вдохнула и сказала что-то. Русского языка Брайан не знал, но о содержании вполне можно было догадаться по интонации. Она явно не одобряла привычку Брайана выпивать перед сном. Старуха говорила и говорила, а он стоял как дурак и слушал. Наконец ему это надоело, он отодвинул ее в сторону и со словами «дай же выйти, чучело» вышел на улицу. Гадить на крыльцо он не стал, неизвестно, вдруг ей придет в голову выйти следом. Он отошел за угол, расстегнул штаны и энергично помочился на стену прямо под окном, надеясь, что это окно старухиной комнаты. Еще минуты четыре он курил, с удовольствием бросил окурок прямо на крыльцо и только собрался открыть дверь, как услышал какой-то шорох в дальнем углу двора.
Правило выживания в незнакомом негритянском квартале гласит: если ты услышал подозрительные звуки (а любой шорох, без сомнения, относится к звукам подозрительным), старайся как можно быстрее оказаться как можно дальше от источника звуков. Будь это и в самом деле негритянский квартал, Брайан так бы и поступил. Но за прошедший день он успел составить свое собственное мнение о людях, проживающих в этой стране. Мнение это было крайне невысокое. Распираемый чувством собственного превосходства Брайан Делафонте направился к кустам, по дороге зацепился за валявшиеся на земле, невидимые в темноте грабли, чудом сохранил равновесие, но зато выронил зажигалку, найти которую при бледном свете луны представлялось практически невозможным.