Виктор потянулся к ключам, однако из-за дымки перед глазами и легкой дрожи в руках только уронил их с крючка. Тихо выругавшись про себя, он поднял связку и неловким движением вставил ключ в скважину. Наконец замок был открыт, дверь распахнулась, и за ней показался Артур, держащий в руках четыре туго набитых пакета.
— Чувак, что с тобой? — увидев друга, гость резко изменился в лице. — Ты выглядишь так, что мог бы сниматься в фильме про зомби без грима!
Состроив страдальческое лицо, Виктор жестом пригласил бывшего коллегу внутрь. Того дважды просить не требовалось. Оттесняя товарища к стенке, Арчи зашел в квартиру, поставил пакеты в коридоре и осмотрелся.
— Охре… — только и смог выдать он, увидев, что творится в квартире. Почти все горизонтальные поверхности покрывали пустые бутылки, мятые банки и обертки от снэков. Часть из них уже успели покрыться пылью. Повсюду раскидана одежда, в прихожей разбито зеркало. А запах! Могло показаться, что здесь живут какие-то бомжи, а не лучший друг.
— Теперь понятно, почему ты не брал трубку, — с укоризной глядя на товарища, произнес Артур. — Прошло всего два дня. Как ты умудрился устроить всё это?
— Отстань, — пробормотал Виктор.
— Не дождешься, — усмехнулся гость. — Каким бы я был другом, если бы оставил тебя в таком положении. А ну, пойдем со мной.
Арчи схватил друга и, распинывая встречающийся мусор, потащил его в ванную комнату. Оставив товарища там и взяв с него обещание принять душ, гость вернулся за пакетами и отправился на кухню. Так его ждала не менее ужасная картина. Раковина была забита грязной посудой, плита покрыта чем-то жирным. На полу среди прочего валялись две порванные коробки из-под пиццы. В одной из них обнаружился зачерствевший, уже начинающий пованивать кусок теста с оливками и пепперони. Оценивая предстоящую работу, Артур обреченно вздохнул и сразу же пожалел об этом. Ударивший в нос запах протухшей еды быстро подсказал, с чего стоит начать. Как только окна были распахнуты настежь, началась большая уборка. Когда спустя час заметно похорошевший гладковыбритый Виктор вошел в кухню, вымытая до скрипа посуда уже заняла свое законное место в шкафу. Мусор заполнил только что принесенные пакеты. А на начищенной до блеска плите уже закипал чайник. Арчи, занятый приготовлением омлета с беконом, не сразу заметил возвращение друга, поэтому слегка вздрогнул, услышав скрип сдвигаемого стула.
— Вот это я понимаю, снова на человека стал похож.
— Спасибо… Арчи, — боясь посмотреть другу в глаза, сказал Виктор.
— Я не ослышался? Ты назвал меня Арчи? — удивленно подметил тот. — Смотрю, тебя серьезно накрыло.
Артур разложил омлет на тарелки, налил обоим по кружке горячего кофе с молоком и отнес все на стол.
— Вот, поешь, ты, наверное, голодный, как волк.
— Слушай, ты не должен был делать это, я бы сам со всем справился.
— Не неси чушь, Витя. Лучше расскажи, что у тебя случилось.
Прежде чем ответить, Виктор неторопливо съел пару кусочков омлета и отпил кофе.
— Да ты и так всё знаешь. При тебе ведь Игнатьич меня уволил.
— Серьезно? Все это из-за увольнения? Ты что вообще делал эти два дня?
— Не помню.
— В смысле?
— Ну, последнее, что помню, как мы собрали мои вещи в студии. Потом я пошел домой, зашел в магазин, купил пива, чипсов. А дальше просто какой-то водоворот. Вроде играл на компе, пил, ел всякую дрянь. Всё, как в тумане. Действительно уже два дня прошло?
— Ага, сегодня суббота. А я всё думал, почему ты трубу не берешь.
— Прости, — от стыда Виктор спрятал лицо в руках. — Ты ведь знаешь, как я старался получить лучшее образование, награды, думал, отучусь, устроюсь на престижную работу… А оказался в этой паршивой студии, да и оттуда турнули!
Он залился истерическим смехом и, отдышавшись, резюмировал:
— Такого неудачника, как я ещё поискать.
— Закончил? — сухо спросил Артур. — Ты реально думаешь, что весь такой бедный и несчастный? Жертвой себя выставляешь. Не вышло сразу выбиться в люди и стать суперзвездой. И все, опускаешь лапы и заливаешь горе литрами дешевого пойла? В каких фантазиях ты живешь? Из-за этого ты стал такой унылой размазней?
Арчи сделал большой глоток кофе, чтобы промочить горло, и продолжил:
— Да ты даже не представляешь, как себя чувствуют люди, когда их просто не замечают. Я пятый ребенок в семье. Мне с рождения пришлось сражаться тупо за внимание родителей. Неужели за столько лет ты не понял, откуда все это? — гость с силой встряхнул цветастую жилетку, украшенную значками. — Я всю жизнь стараюсь отжигать, просто чтобы чувствовать себя человеком, а не чертовой мебелью. И, почему-то, я не жалуюсь на это, а шаг за шагом иду вперед. Хотя откуда тебе знать, каково это. Единственный ребенок, все лучшее тебе. Игрушки, одежда, образование. Эх…
В яростном порыве Артур вскочил с табурета, подошел к окну, оперся на подоконник и бессильно опустил голову.
— Извини, — прошептал он. — Зря я все на тебя вывалил.
— Не извиняйся, ты прав. Это мне нужно просить прощения. Самому противно. Но я правда не знаю, что теперь делать.
