— А ничего не остаётся. Иначе все разобидятся, а не только Лита. Тебя захватить или не пойдёшь? — уже из-за занавеса спросил он.
— Я б сходила… Мне вниз, переодеться?
— По возможности.
Ответ Эстер не очень поняла, но назад к себе направилась. От пробежек по лестнице уже немного побаливали ноги. Смысл этого туманного «по возможности» дошёл только в комнате: одежды у Эстер было не так много, два платья, пояс, пара рубашек, юбка да подаренный Эрмой платок. «Ну, хоть прилично выглядит…» — снова с сомнением глядя в зеркало, задумалась девушка. Платок пригодился — с ним новое платье слегка оживало, переставая быть чем-то сугубо повседневным. И откуда такое волнение? «Надеюсь, публика там не самая высокая», — припоминая, что всё-таки театр Рагдара не придворный и особо титулованных лиц там вроде быть не должно, а значит и косо смотреть на неё вряд ли будут. «Может, волосы распустить?.. Нет. Но и хвост не катит. Хм, в пучок их собрать, что ли? Ну… неплохо так-то», — продолжила пока крутиться у зеркала Эстер, впервые серьёзно задумавшись о том, как она выглядит со стороны. Обычно вопрос внешности волновал только перед потенциальным работодателем, и то состоял он только в том, чтобы не было видно возможной болезни или чтобы сложилось максимально приятное первое впечатление. Либо иногда надо было наоборот вызвать в ком-то жалость, сочувствие.
Ощутимо приведя себя в порядок, Эстер вдруг тоже вспомнила про время и решила дальше не экспериментировать, погасила лампу и вышла в холл. Промелькнувший мимо Арлен скрылся в кухне. Что ему там может понадобиться, девушка не знала и потому из любопытства пошла следом.
— Только не говори, что ты ещё и наркоман, — нахмурилась Эстер, остановившись в дверном проёме.
— Это самое безобидное обезболивающее, отстань, — вернув на место стакан и графин с водой, а в карман небольшой пузырёк с таблетками, ответил маг, проигнорировав явно оскорбившее «ещё и».
— Зачем?
— Гроза собирается.
— Связи не поняла… — в ступоре пробормотала Эстер.
— Долго объяснять, просто отстань. — На ходу заплетая хвост волос в косу, Арлен вернулся в холл.
При свете Эстер отметила, что о лишней «парадности» внешнего вида он не очень озаботился и слегка успокоилась: рядом с его всё ещё довольно простой светлой рубашкой и уже знакомой жилеткой она сама не выглядела совсем уж простушкой с улицы.
— Мне кажется, или это всё-таки повязка? — приглядевшись к нему, хмыкнула девушка.
— Слушай, прекрати. Мне на сегодня ещё энергия понадобится. А тут ты со своими замечаниями.
— Да мне просто интересно, почему обычно одной чёлкой обходишься, а тут ещё и повязку нацепил, — хмыкнула Эстер.
— Всякое может случиться, вот почему. А повязку приходится всегда хотя бы с собой таскать… Опять-таки на всякий случай. Всё, идём уже. — Не проверяя, двинулась ли она следом, он пошёл к выходу.
Девушка только снова пожала плечами. Особо темно на улице не было, но мутные сумерки уже наступали из узких переулков вокруг. Первым делом Эстер посмотрела на небо. Замечание насчёт грозы показалось пустышкой: облаков на желтеющем куполе не было совсем, хотя духота слегка ощущалась. Ветра не было вовсе, но пыль ещё стояла в тёплом воздухе, плавала в лучах от зажженного в редких витринах света. Окна светились только на цокольных этажах, редко в первых. Людей было мало, но никто никуда, как они, не спешил. Кто-то шёл домой после рабочего дня, кто-то просто прогуливался за неимением других более важных дел.
— А Тильд остался? — Эстер оглянулась назад, хотя дома на углу уже не было видно.
— Ему сегодня от Марты скалкой по хребту досталось, пусть восстанавливается.
— Но сам же виноват!
— А я разве спорю?
— Я слышала, что маг и фамильяр, как одно в сути своей существо, сходны и мнениями, и характером… — зачем-то заметила она, глядя под ноги.
— И что? — не понял её Арлен.
— Ну, вдруг ты решил бы за него заступиться?
— Решил бы — заступился, но я не решил, в чём проблема?
— Вы странные, — наконец подытожила Эстер.
— Чем же?
— Вы разные. Я могу это объяснить, если только один из вас настоящий, а другой упорно пытается не быть самим собой, играет, — задумалась вслух она. — Только кто есть кто, и в чём логика такого поведения я объяснить не смогу.
— И не пытайся, — кивнул ей он.
— То есть, про игру я угадала? — подняла глаза Эстер.
— Нет.
— Нет?
— Какая часть этого слова тебе непонятна? — со вздохом покосился на неё Арлен.
— Та, которую ты никому не можешь внятно сказать, — вдруг сменила тему Эстер.
— Что же это ты имеешь в виду? — насторожился он.
— За всё время я ни разу не слышала, чтобы ты кому-либо твёрдо и безоговорочно в чём-либо отказал. Даже вот с театром этим. А все, похоже, это давно заметили и пользуются: поломаешься ведь с минуту и сдашься.
— А тебе не кажется, что это моё личное дело, кому и что говорить? — В голосе явно скользнуло пока ещё слабое раздражение.
— Нет, ну пока я видела только достаточно безобидные примеры, но если ты везде такой, это тоже довольно странно и даже опасно, — не слушая его, продолжила Эстер. — Тобой ведь наверняка порой просто пользуются, не задумывался?
