— Их нельзя никому отдавать. Их просто распилят и по лабораториям растащат!
— Ну, это не сразу, — Васька наклонился, зачерпнул воды и передал кружку Старшему. — Попытаются вытянуть из них информацию о межпланетных перемещениях, технологиях. Но вообще-то да. Если власти их заберут, то все — хана.
— Так, нужно как следует их обучить человеческому языку и выспросить все. Слышишь? Все! И все как следует зафиксировать в цифре. Или лучше сразу по защищенке в сеть?
Васька сморщился и покачал головой.
— Откуда в наше время защищенка? Все прозрачно. Даже сейчас, может, подсматривают.
С минуту они настороженно молчали. Только было слышно, как вода булькает во чрево зеленого гиганта. — А вы часом не?..
— Свой я выключил.
— Ну, слава Богу, — не без облегчения вздохнул Васька. — Я-то свой вообще не включаю, ну а вы… Весьма предусмотрительно.
Пока пил Старший, остальные терпеливо дожидались своей очереди. Пил он медленно, с каким-то иноземным подобострастием. Утолил жажду он только на четвертой кружке, передав ее недопитую Среднему. Тот выпил столько же, а после передал эстафету Младшему. На Младшем вода в ведре иссякла и Васька собрался, было, за добавкой, как в коридоре послышались торопливые шаги. Дверь распахнул Скворцов с выпученными от волнения глазами.
— Вавилов! К нам вертолеты летят! Через двадцать пять минут у нас уже будут. Делать надо что-то с ними скорее!
— Где Заур?!
— Уже гробы готовит.
— Вась, живо поднимай зеленых и гони их в хранилище! Жень, помоги ему! Только скорее, скорее!
Не дожидаясь исполнения, Вавилов бросился в кабину головной машины. У главного пульта он навис над радаром. Так и есть — в их сторону клином шли восемь машин и, судя по скорости, чертовски быстро. Вавилов пожевал губами, огляделся, пододвинул стул, плюхнулся в него, откинулся на спинку, взъерошил волосы и включил мозгошин. В ухо тут же вонзился вызов.
— Да, да, что такое, — сонным голосом ответил он и, для пущей убедительности стал продирать глаза. — Который час?..
— Иван Дмитриевич, — услыхал он отрывистый низкий голос Верховного. — Руководство мобильной экспедиционной группой «Хрусталь» переходит под мое руководство. Сообщите о причине отключения коммуникационного устройства.
— Я, кхм, спал. Голова разболелась что-то, решил вздремнуть.
— Так приняли бы анальгетика! Безответственно. Крайне безответственно с вашей стороны… Доложите обстановку.
— Обстановка? Спокойная. Честно говоря, я не ожидал от вас личного визита. Что, Соляриус мы не получим уже?
— Вы — нет. Изучение находки делегировано спецгруппе. Вы же возвращаетесь к первоначальному заданию.
— Но…
— Никаких возражений! Все, конец связи.
Вавилов отключил мозгошин и поглядел на радары.
— Еще двадцать минут… Господи… Канал!
За чередой событий они совсем забыли про высверленный во льду желоб. И если его увидят, если в него заглянут!..
— Фиаско… Сплошное черное фиаско… — пыхтел Вавилов, стремительно шагая к складу. — Как щенки же ж наследили…
Полки слева, полки справа. Посторонний тут бы и за полный день не разобрался, но командир группы помнил содержимое каждого коробка. Он взглядом отсчитал пятую полку от потолка и седьмой ящик от входа. Деревянная крышка была плотно закрыта, ногтями ее никак не удавалось подцепить. Вавилов достал из кармана ключ зажигания вездехода, вонзил его в щель и надавил как на рычаг. Дощечки хрустнули, крышка открылась. Внутри лежали оранжевые бруски с надписью «динамит».
Инфи нелепо замерла в позе стрелка. Как в одном из тех старых фильмов, где на широкой улице выясняли отношения бандиты и шерифы. Один такой персонаж непременно падал, а второй еще какое-то время стоял, как сейчас стояла Инфи.
Она медленно выпрямилась. Дверь, уводящая в сон шизофреника, к одному из Енисеев, треснула, но так и осталась висеть в воздухе цветком осколков.
— Я уже… Там? — Инфи огляделась. От подобных зон можно ожидать чего угодно. Например, она могла мимикрировать ее личную сферу. — Или Вторая сбоит?.. Хотя если она сбоит, то сбоит не так.
Есть еще и третий вариант — выбранная комната могла исчезнуть в тот самый момент, как она спустила курок. Как проверить?
— Да очень просто, — хмыкнула Инфи и пальнула в соседнюю дверь, за которой, по идее, была комната с альпийской сыродельней.
Но снова ничего не произошло. Раскат выстрела унесся ввысь, а она все стояла на мокрых досках закатного пляжа. Раненая дверь, как и подстреленная минутой до того, лениво распускалась бутоном сверкающих осколков. Инфи шлепнула последние двери, но с равным неуспехом.
— Жизнь, где я, — дрогнувшим голосом спросила Инфи.
Ответило ей только угасающее эхо пальбы. И… Как-то странно. Грохот, было, умолкший, возвысился, точно на противоположном, невидимом берегу кто-то в ответ разрядил свой люггер. Инфи даже пригнулась, когда громоподобные раскаты пронеслись над ее головой.
— Что за черт!.. — проследила она взглядом за уносящейся пальбой, но осеклась, заметив в своем бунгало людей. Две фигуры. Она и еще кто-то. Двигались!
