Зал советов – просторное помещение, в центре которого находится овальный стол и деревянные резные стулья. Стены расписаны удивительно яркими красками. Поначалу я подумала, что это всего лишь украшение, однако, присмотревшись, сообразила, что рисунки – на самом деле карты. Причем невероятно похожие на ту, что была изображена на янтарном глобусе. Кстати, с этими ирийскими событиями я совсем позабыла о своем поведении Маши-растеряши и потерянном глобусе. А мне, между прочим, его еще надо отыскать и по возможности не отдать доброму дяде Радиставу Покойнику.
Вместе со мной в зале находилось двенадцать человек. Шарик не в счет, он не человек, никогда им не был и вряд ли станет. Во главе стола восседал успевший привести себя в порядок Светодар. Рядом устроились Карей, Арамал, Чаран, Володар и еще несколько человек, которых я видела впервые в жизни. Возле дверей в рубиново-золотых доспехах с причудливым изогнутым копьем в руке стоял Огнян.
– Мне не доставляет никакой радости быть здесь, занимая место моего отца, – мрачно проговорил Светодар. – Как вы знаете, царь Силорад находится без сознания. Пока что ни один из лекарей Коловрата не сумел ему помочь.
Хоть я и сидела дальше всех, но тем не менее почувствовала устремленные на меня взгляды.
– К сожалению, мы вынуждены действовать сейчас. Нарвийцы не оставляют нам выхода.
– Что известно об их целях? – спросил Арамал, внимательно глядя на царевича.
– Они хотят, чтобы мы все признали их власть. Признали, что нарвийцы являются единственными истинными детьми матери-земли. И только им дан жар ее недр, используя который, они могут подчинить всех нас.
– Но разве мы не сможем использовать наш огонь? Неужели наследники огня должны бояться подземного народа? – чуть взволнованно спросил Карей, словно не допускалась и сама мысль о том, что нарвийцы могут использовать свою силу против более могущественного врага.
– С одной стороны, нет, – ответил Светодар. – Но с другой… Из отряда отца вернулись лишь двое воинов. Им удалось спастись чудом. У нарвийцев есть что-то такое, против чего не стоит выступать вслепую. Для начала нужно узнать, что собой представляет их оружие. – Он замолк. – Возможно… возможно, мать-земля действительно гневается на нас и пытается таким образом отомстить. Только… уж совсем неясно за что.
Арамал мягко положил руку на плечо царевича:
– Не стоит огорчаться и думать о таком. А вот послать разведчика нужно. Только при этом обязательно сделать все так, чтобы никто из нарвийцев не сумел догадаться о наших замыслах.
– Я думаю, нас там уже ждут, – произнес низким резким голосом рослый широкоплечий мужчина.
Волосы его отливали золотом, но глаза были такие же черные, как и у Чарана.
– Все может быть, Володар, – отозвался Арамал. – И лучше уж нам действовать, предполагая, что о нашем решении знают. Тогда будет больше возможностей избежать того, что нам приготовили подземники.
– Да, – кивнул Светодар. – Но все усложняется тем, что лишнего времени у нас нет.
Подняв голову, я неожиданно встретилась с глазами Володара. На некоторое время показалось, что не могу ни дышать, ни двигаться. Появилось странное ощущение, будто меня лишили всех сил и собственной воли. Но через несколько секунд все прошло, а взгляд мужчины стали живым и проницательным.
«Колдун, – недовольно подумала я и расслабленно выдохнула. – Изучает, что поделать… Только способы у него какие-то странные. Да и имечко то еще».
– Мне это не нравится, – шепнул Шарик.
– А ну, тихо, – шикнула я.
Не стоит сейчас объяснять, что мы не в том месте и не в том времени, чтобы обсуждать окружающих. Хотя, кажется, окружающие были иного мнения.
– Светодар, у меня вопрос – кто эта дхайя, допущенная в зал?
Так. Я ему явно не понравилась. А если улыбнуться? Нет, плохая идея. Он первый, кто назвал меня дхайей в Даарье. Как я уже поняла, здесь, в отличие от Фалрьян’Олы, предпочитали не употреблять это обращение.
– Она прибыла вместе со мной, Володар, – вместо царевича ответил Арамал. – Завеса Ашья стала тем местом, где ее встретил Чаран. Она владеет силами. Называет себя Викой. Но отражение ее сути – Шестопалая. Да и…
– Она спасла мне жизнь, – твердо произнес Светодар.
Я снова стала центром внимания. При этом появилось какое-то странное ощущение, словно молодой царевич оправдывается перед этим черноглазым богатырем, объясняя присутствие чужого человека.
Володар снова внимательно посмотрел на меня. Кажется, его совершенно не убедили слова фалрьяна и Светодара. Даже несмотря на мой поступок.
– Значит, Шестопалая…
– Советник, вы что-то чувствуете? – спросил Карей, бросив подозрительный взгляд на меня, а потом переведя его на Володара.
Чаран нахмурился. Ему не нравилось происходящее. Однако он явно не решался что-либо сказать.
– Чувствую. Впрочем, вероятно, все ослепли и оглохли, раз не видят, что среди нас сидит человек со змеей. А кому не известно, что змеи слушаются только нарвийцев? – Голос Володара стал еще ниже, но при этом был слышен в каждом уголочке огромного зала. – Или всем вскружило голову хорошенькое личико?
