— Я надеюсь, что согласится, когда узнает, что со мной поедет Гарольд.
— Ах, Гарольд, вот оно что! — поддразнила Тесс. — Внезапно у нас имеются Гарольд и Джордж!
Я не удержалась и рассмеялась вместе с ней. Девушки нашего круга не встречались с Гарольдами и Джорджами, и уж конечно у них не имелось подходящих нарядов.
— Можешь вообразить, как все будут одеты? Не хочу выглядеть дурочкой, заявившись в старомодном платье.
— Сколько дней у нас в запасе?
— Всего два. А что?
— Да, тяжко придется, но, думаю, мы управимся, — задумчиво сказала Тесс.
— Управимся с чем? О чем ты говоришь?
— О том, что мы с тобой две лучшие кружевницы во всей округе! Кому, как не нам, по плечу сшить платье, достойное принцессы? — Она подошла к шкафу и потянулась наверх, доставая коробку для шитья. — Разве мы с тобой мало аристократок одевали? Самое время и для себя соорудить что-нибудь красивое.
— Но я не могу пойти в белом кружеве, это же не моя свадьба! А у нас есть только белые нитки, и уже слишком поздно заказывать что-то другое, — возразила я, открыв коробку.
— И правда, это не твоя свадьба. По крайней мере, пока!
Мы так смеялись, что мама Тесс шикнула на нас, сказав, что мы кудахчем хуже куриц.
— Предоставь это мне, я что-нибудь придумаю, — успокоила меня подруга. Я крепко обняла ее напоследок и вприпрыжку отправилась домой через болото, над которым висела яркая полная луна.
Сегодня рано утром мы с Тесс взялись за дело. Я убедилась, что мама ушла надолго, отец и братья тоже заняты и весь дом в нашем распоряжении. В гардеробе отыскалось белое хлопчатобумажное платье, которое бабушка с дедушкой пару лет назад купили мне по случаю свадьбы соседки. Оно оказалось немного мало, но я надеялась, что удастся его расшить.
Тесс пришла с небольшим мешочком под мышкой и с гордым видом продемонстрировала его содержимое.
— Луковая шелуха? — озадаченно спросила я.
— Мы покрасим ткань! — взволнованно объявила она, доставая горшок и наполняя его водой из бочки.
— А ты знаешь как? Ты когда-нибудь делала это раньше?
— Вообще-то нет. Но Нелли О’Халлоран с почты рассказывала Айлин Галлахер, что ее свекровь всегда красила шерсть таким образом, прежде чем начать прясть. Все получится! — уверенно сказала Тесс.
Я не разделяла ее оптимизм, но за неимением лучших идей взялась помогать, пока Тесс, как главная портниха, давала распоряжения. Мы вскипятили воду и оставили шелуху вывариваться в ней на полчаса. Замочили в горячей воде нитки и хлопчатобумажное платье. А после выудили, как смогли, шелуху из котелка и опустили туда и нитки, и платье. Затем снова начали греть, помешивая старой деревянной ложкой, чтобы цвет ровно лег на ткань. Последним этапом мы промыли все холодной водой, и я была поражена, увидев, что у нас получилось ярко-золотистое платье и нити ему в тон.
— Тесс, это просто чудесно! — изумленно воскликнула я.
— Говорила же, что сработает, — казалось, Тесс сама удивилась результату. — Теперь надо все просушить. Может, в сарае? Там никто не увидит.
— С первой частью покончено, — резюмировала я. — Теперь нужно превратить простое хлопковое платье в бальный наряд.
— Ноги твоей не будет в том доме! — заявила мама, заливая немного пахты в муку. Она никогда не пользовалась миской, когда месила тесто на хлеб, вместо этого насыпала муку горкой прямо на стол, делала в центре углубление и вливала туда жидкость. Понемногу она замешивала тесто круговыми движениями правой руки, согнув пальцы наподобие клешни. Она всегда подбрасывала дополнительную горсть изюма в тесто, чтобы ее не обвинили в жадности. «От дверей швыряла, в тесто не попала?» — журила мама, если у меня получался хлеб, в котором было не очень много сухофруктов.
— Но со мной будет Гарольд, — ныла я. — Он готов сопровождать меня!
— Мне все равно, будь с тобой хоть папа римский! Ты не пойдешь в этот дом, Анна Батлер, и точка. А теперь принеси-ка еще немного торфа на растопку и выкинь эти мысли из головы.
Я пошла в сарай и сняла с балки свое старое хлопковое платье. Оно прекрасно просохло и ждало своего часа, чтобы превратиться в наряд принцессы. Я держала его в руках и чувствовала себя самой несчастной девушкой в мире.
— Ну ладно, что толку распускать нюни, — наконец сказала я сама себе и, сложив платье и нитки, крикнула маме, что пойду к Фоксам. Ее возмутило, что я «разгуливаю по округе и флиртую направо и налево», а я заорала в ответ, что визит к Тесс не считается.
— Она тебе не разрешила, да? — с порога поняла Тесс, увидев мое мрачное лицо. Я молча кивнула и бросилась на кровать. — А платье нашла?
— Не нашла, но что толку? — мой голос из-под подушки звучал глухо и по-детски.
Она помедлила, и, подняв голову, я увидела, что Тесс чем-то смущена.
— В чем дело? — спросила я.
— Я просто хотела узнать… ты поговорила с Падди?
— Пока нет. После той истории с Дэнни он почти не бывает дома. Но обещаю, что сегодня вечером добьюсь от него ответа.
Тесс достала из моей сумки нитки и платье и восхитилась тем, как ровно лег цвет.
— А у нас неплохо получилось, верно?
