— Иду, — кивнул Назир. Майсара была самым близким ему человеком в племени. Не просто другом — проводником между двумя мирами, без которого он никогда не смог бы по-настоящему найти своё место здесь.
— Не нравится мне эта местность, — добавила она, оглядываясь по сторонам. — Слишком… тихо. Как будто пустыня задержала дыхание.
Назир тоже ощущал это — странную, настороженную тишину, нависшую над соляной равниной. Словно воздух стал плотнее, тяжелее. Даже привычный гул песка, который стал для него почти неотъемлемой частью существования, приглушился, сменившись тонким, едва уловимым свистом.
Самира ждала у своего шатра — высокая, прямая фигура, всё ещё излучающая силу несмотря на месяцы тяжелейших переходов. Рядом стоял Аш-Шариф, хмурый и настороженный, как всегда.
— На востоке что-то есть, — без предисловий сказала Самира, когда Назир подошёл. — Дым. И что-то блестящее — возможно, стекло или металл. Нужно уточнить направление.
Назир достал компас — теперь он всегда носил его в специальной кожаной сумке на поясе. Маленький инструмент стал символом его положения в племени — не вождь, не воин, но тот, кто указывает путь. Проводник. Искатель воды.
Стрелка компаса чуть подрагивала, указывая куда-то на северо-восток. В том же направлении, где над горизонтом поднималась тонкая струйка дыма, едва заметная на фоне светлеющего неба.
— Кто это может быть? — спросил Назир. — Другие кочевники?
Самира и Аш-Шариф обменялись взглядами.
— Вряд ли, — ответил Аш-Шариф. — Местные племена не заходят так далеко на север. Здесь нет хороших пастбищ, нет торговых путей.
— Возможно, потерявшийся караван, — предположила Самира. — Или изгнанники из какого-нибудь оазиса. В любом случае, нам нужно проверить. Вода указывает в ту сторону.
— И они находятся у источника, — продолжил её мысль Назир.
— Или они
Назир бросил на него острый взгляд. За месяцы путешествий их отношения с правой рукой Самиры оставались натянутыми. Нельзя сказать, что они враждовали — скорее, существовали в состоянии вооружённого нейтралитета. Аш-Шариф признавал ценность Назира для племени, но по-прежнему считал его чужаком, «городским», не понимающим истинные законы пустыни.
— Мы не станем нападать без причины, — твёрдо сказала Самира. — Разведка сначала. Майсара, возьми двух быстрых всадников и проверь, что там. Только осмотрись, не приближайся слишком. Племя будет двигаться обычным темпом.
Майсара кивнула и поспешила к своему верблюду. Через несколько минут она и ещё двое всадников уже отделились от каравана и устремились вперёд, быстро превращаясь в маленькие точки на фоне бескрайней пустыни.
Караван двинулся своим обычным темпом — медленно, размеренно, сохраняя силы людей и животных. Каждый шаг был выверен опытом поколений. В движении племени не было ни спешки, ни паники — только неторопливая, целеустремлённая решимость.
Назир ехал рядом с Самирой и Аш-Шарифом в голове колонны. Солнце поднималось всё выше, безжалостно обжигая всё, к чему прикасалось. Воздух дрожал от жары, искажая очертания далёких барханов. Соляные проплешины на песке сверкали, как осколки разбитого зеркала.
Время тянулось, вязкое, как смола. Гул песка под ногами верблюдов сливался с шорохом шагов, с тихим звоном металлических украшений, с дыханием сотен людей и животных в монотонную, убаюкивающую симфонию. Назир поймал себя на том, что начинает дремать в седле, и резко выпрямился.
Майсара вернулась ближе к полудню. Её лицо, обычно открытое и живое, было напряжённым.
— Люди, — сказала она, подъехав к Самире. — Много людей. Странные. У них лагерь с прямыми рядами палаток. Повозки из металла. Флаги на шестах.
— Флаги? С какими символами? — быстро спросила Самира.
Майсара покачала головой.
— Не смогла рассмотреть. Но они не похожи ни на кого, кого я видела раньше. Слишком… упорядоченные. Как маленькая армия.
— Осели у воды? — вмешался Назир.
— Да. Там должен быть неплохой источник — я видела отражения, похожие на воду. И зелень — немного, но есть.
Самира задумалась, покусывая губу — редкий жест неуверенности у обычно решительной предводительницы.
— Сколько их?
— Трудно сказать точно. Может быть, две или три сотни. Примерно как нас.
Аш-Шариф выругался под нос.
— Если они осели у хорошего источника, нужно готовиться к бою. Другого пути нет.
— Есть, — возразила Самира. — Древний путь. Встреча старейшин на нейтральной земле. Переговоры.
— С этими чужаками? — фыркнул Аш-Шариф. — Кто знает, понимают ли они вообще правила? Может, они не чтут обычаи пустыни, не уважают право нейтральной земли. Наших посланников могут схватить или убить.
Самира рассмеялась — сухой, негромкий смех, который, однако, эффектно оборвал мрачные предположения Аш-Шарифа.