В девять она уже подходила к школе, надеясь, что в середине урока в учительской никого не окажется и удастся незаметно прошмыгнуть к себе в кабинет. Но, сидя лицом к распахнутой двери, в учительской пили чай Алёна и Вера, которая остановила девушку, проговорив с долей сарказма:
— Что-то вы, Юлия Анатольевна, совсем плохо выглядите. Страшно, наверно, по ночам одной в доме? Андрей Афанасьевич сказал, что вы в ближайшее время собираетесь нас покинуть?
Алёна замерла, не донося чашку до рта и вытаращив на Юлю удивленные глаза.
— Сплю неважно, наверно с погодой что-то не так, — таким же тоном постаралась ответить Юля. — Насчет ближайшего времени пока не знаю: нехорошо оставлять детей в начале учебного года.
— Да хватит вам, это ж не школа, а так, пародия, развлекаловка для мальчишек, которым приходится безвылазно торчать в этой глухомани. Ни образовательных программ, ни итоговых документов, просто передача крупиц знаний, чтобы уж совсем полными идиотами не выросли, — уже без улыбки проговорила Вера.
— Не знаю, я все привезла с собой, поэтому работаю строго по образовательным программам, ну а государственный аттестат, тут вы, пожалуй, правы, его мы не выпишем.
— Надо же, какая вы правильная. Жить-то не скучно по правилам?
— Нет, нормально, — коротко ответила Юля и вышла.
— Нет, ну ты видела, какая хамка.
Последние слова девушка услышала уже в коридоре. И тут ее осенила внезапная догадка, она вспомнила почему голос Веры Васильевны показался ей знакомым. С точно таким же сарказмом и усмешкой произносила речь та незнакомка в парке. Надо же, как давно это было, прошло больше полугода. Ее лица тогда Юля не запомнила: женщина была в низко надвинутой на лоб шапке и затемненных очках, но вот голос — его не переделать, и рассуждала она про уход в другое пространство. Надо же, очередное доказательство, что мир тесен.
Юля провела три своих урока и очень удивилась отсутствию Севы, потому что он обещал занятий не пропускать. Можно было поинтересоваться у Алёны, но девушка решила отпустить ребят чуть раньше звонка и быстренько сбежать.
Дома стояла идеальная тишина. Поднявшись на второй этаж, Юля заглянула в спальню. Алексей крепко спал, подложив ладонь под щеку, будто набегавшийся мальчишка в детском саду. Девушка улыбнулась и тихонько прикрыла дверь: пусть отдыхает, сон поможет поскорее восстановить силы.
Пообедав в одиночестве, Юля прилегла на диван, потому что две бессонные ночи вымотали ее окончательно. В голове крутились мысли о Максиме, так хотелось разузнать как он там устроился и встретился ли уже с дедом. Но на душе было радостно оттого, что мальчика удалось вернуть домой. Она представила, с каким любопытством он расспрашивает деда об устройстве Вахаоры, как громадный великан с удовольствием отвечает на эти вопросы, поглаживая бороду и радуясь возвращению блудного внука. С улыбкой на губах Юля задремала.
Разбудил ее громкий стук в дверь. Она резко вскочила, пытаясь сообразить: кто же мог прийти и что теперь делать с Алексеем. Прежде чем открыть, Юля осторожно выглянула в окно и выдохнула с облегчением, увидев на крыльце Алёну. Судя по ее суетливым движениям, она была чем-то чрезвычайно взволнована. Распахнув дверь, Юля с порога спросила:
— Что-то случилось?
— Юленька, случилось — не то слово, — быстро проговорила Алёна, буквально вбежав внутрь. — После уроков в школу пришел Андрей и с противной ухмылочкой, знаешь, что заявил? — Тут Алёна не выдержала и разрыдалась, прижимая платок к щеке. — Сказал, что Лёшенька погиб в аварии. И раз теперь главного в деревне нет, то он все берет в свои руки, поэтому жить как раньше мы не будем, нечего торчать тут безвылазно и дальше. Короче, сказал, что нечего ребятам в этой глуши сидеть, надо всех в город отправить, там школа есть, интернаты и прочее, пускай там и учатся. То, что они без документов, его вообще не волнует, пусть, говорит, в городе с этим разбираются. Старших пока решил только оставить, в чем-то ему там помогать, но только кроме Севки, потому что он его терпеть, видите ли, не может. В общем, возомнил себя этаким деревенским старостой, сказал завтра собрание в школе проведет, все подробно расскажет.
— А с чего он взял, что Алексей погиб? — спросила Юля, изображая крайнее удивление.
Алёна замолчала, теребя изо всех сил бумажный платочек в руках.
— Ох, Юль, он…, — дрожащим голосом продолжила она и запнулась, теперь по щекам нескончаемым потоком катились слезы, — он трактором своим Лёшину машину притащил, всю искореженную и полностью выгоревшую. Сказал, что Лёша попал в аварию по дороге из города и погиб. Мальчишки в шоке просто. Севка не поверил, сцепился с ним на улице, ясное дело, что мальчишка слабее. Но Лёшины ребята дружные, отмутузили его по первое число. Теперь Афанасьич злой как вепрь. Я даже не представляю, что теперь без Алексея с детьми будет, что они, обратно на улицу пойдут? Ване чуточку лучше стало. А если он узнает…
— Подождите, — произнесла Юля, стараясь успокоить женщину. — А как он вообще узнал, что Алексей в аварию попал, он же вроде в город не ездит?
