– Конечно: какой монарх хочет бросать на смерть своих подданных, постепенно теряя всё? Иногда не остаётся выбора, но нам повезло: на юге лес Шурника, а за ним ещё более продолжительный горный хребет Шурника, в котором множество Сильных Магзверей. Их популяции быстро восстанавливаются, скольких бы мы не отловили. Когда мы впервые использовали тактику натравления на врага Магзверей – эффект был невероятным. Мы начали побеждать, что привело к снижению нападок со стороны соседей – Ширцентия перестала быть лёгкой добычей. Передышка помогла ещё лучше подготовиться и окрепнуть. Теперь по населению мы опережаем и Шотриндию и Гештонию, мы вернули два куска Земли, что до этого потеряли. В итоге, неприязнь к нам от всех вокруг в первую очередь связана с нашим Усилением: останься мы объектом избиений, от которого с радостью откусывают куски, всем было бы плевать есть у нас рабство или нет, никто бы не обратил внимания на “бедных зверолюдов”, а теперь вместо того, чтобы постоянно нас атаковать, как это делалось раньше, наступила пора словесных обвинений в неРазумности и жестокости.
Часть про Магзверей я вообще не знал. Дедион, партизан несчастный!
– То есть бизнес Гроникула в первую очередь строится на Магзверях?
– Верно. Мы – королевская семья и наши войска – его главный покупатель. Мне думается, что Гроникул может посоревноваться богатствами с моим отцом. Первая ферма была построена рядом с лесом Шурника, так было удобнее всего, потом была открыта столичная ферма в пяти километрах от нас. Сейчас уже шесть ферм разбросано по разным уголкам королевства, общей площадью они почти сравнялись со столицей. Но Гроникулу и этого мало – он собирается строить седьмую ферму в северо-восточной части королевства.
Какой деятельный бизнесмен.
– Как к Магзверям добавились зверолюды?
– Очередная идея Гроникула. Как и с Магзверьми он взял все расходы и организацию на себя, ему было нужно только признание законности и дозволение действовать свободно.
Дозволение действовать свободно во имя рабства. Прямо сюрреализм какой-то.
– Значит, Гроникул действовал с полного одобрения монарха.
– Конечно! – воскликнул Одиронт. – Как иначе?! Гроникул чётко выполнил все условия отца и только после этого начал свою деятельность. Как и в случае с Магзверьми он быстро добился успеха: наше королевство в те годы остро нуждалось в рабочей Силе для восстановления разрушенных городов и поселений. Про другие положительные стороны от рабства для нашего королевства я тебе уже рассказал.
Почему всё это звучит так убедительно?
Прям бесит!!
– Сейчас ваши города и столица не уступают по обустройству городам и столицам других королевств. Тяжёлые послевоенные годы с их порой вынужденными решениями уже позади.
– Соглашусь. Но это не повод отыгрывать всё назад.
– Почему нет?
– Мы не знаем, как это скажется на королевстве. Всех последствий не предусмотреть. С одной стороны, хуже стать не должно, но всякое может случиться. Нет смысла убирать то, что в данный момент устраивает большинство.
Одиронту… или скорее его отцу просто страшно: вдруг такое решение приведёт к радикализации или нестабильности, которой с удовольствием воспользуются соседи? Вот и боятся что-то менять, хоть и понимают, что рабство на дальней дистанции не лучший вариант развития.
– “Интересная история, правда, Влад?”
– “Всё оказалось сложнее, чем я думал – ты это хочешь от меня услышать?”
– “Дело не в сложности, а в неоднозначности. Трудно понять, кого винить в появлении этой всё усугубляющейся и усугубляющейся ситуации. Сила вызывает ответную Силу, и так продолжается долгие тысячелетия.”
– “Рабы здесь ни при чём.”
– “Жители Ширцентии тоже не сами делили континент на регионы.”
– “Ладно, ты прав – с точки зрения Ширцентии всё неоднозначно. Но ты не забыл, что я пришёл помогать не им? По условию я должен доказать, что мои действия будут на пользу рабам.”
– “Даже если это будет в ущерб многомиллионному королевству?”
– “Они могут сами за себя постоять. Им не нужен Герой.”
Сказал эту ерунду и сам начал сомневаться в собственной психической стабильности.
– “Я тебя понял: цель – помочь беззащитным рабам. И только им. Вперёд! Доказывай!”
И что это значит? Он ведь не хочет сказать, что рабство на пользу… рабам?
Или хочет?
– Хорошо, как вы живёте, я более-менее понял. Осталось понять, как живут рабы.
На лице Одиронта появилась еле заметная улыбка. Не усмешка, не глумление. Понимающая улыбка.
– Спрашивай, Влад.
– Насилие над рабами ненаказуемо?
– Если ты хозяин раба – нет. Разница в социальном положении очевидна. Но есть один важный момент – уличённым в беспричинном насилии над рабами жителям больше ни одного раба не продадут. Это не официальное наказание, но так повелось с самого начала. Гроникул только рад, что заручился в этом вопросе королевской поддержкой – никто не посмеет возражать в случае отказа в продаже без объяснения причин, когда за спиной монарх.
– Почему Гроникул этому рад? Какая ему разница кому продавать рабов?
– Почему? Гроникул ведь их… разводит.
Ещё одно слово, которое принц с трудом из себя выдавил.
И в смысле – разводит?
