— В общем, так, милый, — она швырнула в него слова, как мокрую тряпку в стену. — Больше ты ничего единолично не решаешь. Ты не приносишь спящих девушек незнакомым хмырям, никого не спросив, ясно тебе? Если хочешь ссор со мной… Нет, ты не хочешь ссор со мной! Никто не хочет.
Он едва заметно пожал плечами, и ничего не сказал. А я подумала о сне, и ощутила интерес.
— Ксавьера, — позвала я миролюбиво, надеясь, что ей уже наскучило пылать. — Ты случайно не знаешь, у Риеля есть татуировки?
— Без понятия, — быстро и удивленно отозвалась она. — А что?
— Да так, — ответила я. — Ерунда.
Велмер Виаран.
Вот, теперь мы застряли у отшельника.
Нет, жаловаться особо не на что. Отшельник — господин Дир Гренэлис — вполне приятный дядька. Радушный, приветливый, разговаривал со всеми доброжелательно, прямо на равных. Леди Хэмвей, небось, и имя-то мое до сих пор не запомнила, а этот сразу запомнил. Обсуждал со мной лошадей, рыб, северных оленей, мореходство, сбор грибов, художественную ковку, тиладскую королевскую династию, ниратанские стеклянные бусы, меняющие цвет… В общем, всякое-разное обсуждал, как с корефаном. Только, в отличие от моих корефанов, он много знает. Вот правда, он как целая библиотека — весь напичкан знаниями. Ну, а чего удивительного? Если живешь один среди травы, чем еще заниматься, кроме как читать?
Если честно, сразу — с первых двух или трех взглядов — он мне не понравился. Не знаю, как объяснить. У мелких зверьков, вроде всяких зайцев или меня, чуйка на опасность. Наверное, улица научила, или школа с ее бандами, или Эрдли с его офицерами. Всюду опасность, и надо уметь петлять и таиться, чтобы не нарваться. Часто просто видишь рожу, и сразу понимаешь — от этой рожи лучше держаться подальше. Какой-то особый душок от нее исходит. Вот от этого отшельника сразу душком потянуло. Если бы я тогда решал, я бы проехал мимо. Не стал бы заходить. Но у капитана нет этой чуйки, он везде спокойно ходит, не петляет и не таится. Он решил зайти, а я напрягся сначала, а потом расслабился. Господин Гренэлис так интересно рассказывал про океанские течения, про заимствование слов из других языков, про то, как Создатель и Праматерь создавали мир. В школе, вроде бы, тоже это все рассказывали, но там почему-то неинтересно было, я ничего не запомнил. А капитан напирал на практические занятия, чтобы я хорошо работать мог, а не чтобы с энциклопедиями тягаться. В общем, вести беседы с господином Гренэлисом мне нравилось, и даже жаль было, что он не только со мной беседовал, а со всеми, даже с Найрисом. Доброе отношение к Найрису теперь ниратанцам будет несвойственно. Хотя, судя по фамилии, господин Гренэлис не ниратанец. А вообще непонятно кто. Почему-то этого я у него не спросил.
Леди Хэмвей все не приходила в себя, хотя лекарь что-то там с ней сделал. Он сказал подождать, и мы ждали. Что еще оставалось? Все волновались, особенно Дионте. Спрашивается, какое ей вообще дело? Леди Хэмвей ей вообще чужая. Да и разве таким стервам, как Дионте, есть дело до кого-нибудь? Я думаю, она бесилась просто ради того, чтобы беситься. Натура у нее такая — обязательно надо поорать. Бывают такие люди — если не поорут, то день зря прошел. Она ходила по дому, и гавкала на всех, особенно на капитана. Она вообще ему проходу не давала — гавкала и гавкала, но, боги мои, какой же он терпеливый. Я бы на его месте сразу ее воздушной волной к стенке припечатал, чтоб она черепок разбила. А если мордой в стенку, чтоб нос сломала — то вообще идеально. А он на нее реагировал так, как будто она комар. Ну, вьется и вьется, пищит и пищит, что ж теперь? Пару раз вяло отмахнуться — да и хватит. Нет, мне такого не понять и не освоить. Но, вообще-то, хорошо, что он не стал конфликт с ней утраивать. Потому что, если дойдет до поединка, то неизвестно, кто кого осилит. У него хорошая подготовка, а она зато зверюга. Тут не знаешь, на кого ставку делать.
Время шло медленно, жара стояла убийственная. Сетей в воздухе, ходячих кукол и звезд размером с горошину не было — и то хорошо. Когда отшельник меня не развлекал, я развлекался с Найрисом, играя в дартс. Вообще, мы просто нарисовали мишень на широкой доске, и кидали в нее ножик. Но играть с Найрисом неинтересно — он даже нож правильно держать не умел, не то что попадать в цель. Капитан тоже со мной немножко играл, но с ним мне тоже не понравилось. Потому что я лучше него кидал, а мне как-то неловко в чем-то лучше него быть.
