Мой нынешний камень полон уже процентов на восемьдесят. Я взял хороший темп, и дела пошли быстрее. Недавно мой Младший Анрес плакал, в очередной раз приводя меня в чувство — такой хороший у меня темп. Прости, Анрес. В детстве я попадал в пчелиные ульи, а теперь попал в это.
Я, пожалуй, сформулировал причину, по которой не хотел посвящать Триджану в суть своей проблемы. Сколько можно быть слабым рядом с ней? Сколько можно вынуждать ее гладить меня по головке? Боги, как бы мне хотелось быть для нее нормальным мужчиной — тем, кого она заслуживает!
Мой камень наполнялся быстро, но у Гренэлиса появился новый проект. В глади транслятора кеттар сиял ярче полной луны — это верный признак того, что его голова обогатилась превосходными идеями. Когда он получит достаточно энергии, каждая из идей обрушится на отчаянного капитана, совершившего роковую ошибку. Возможно, я напрасно торопился с камнем резерва…
Леди Хэмвей, несомненно, заметила пропажу спутника, и вскоре начнет нервничать всерьез. Знать правду ей никак нельзя, следовательно, потребуется какая-то другая правда.
Первейшая задача для нее — развитие. Я познакомил ее одним из моих наставников — с Амиром Орейте. Я специально выбрал самого добродушного и терпеливого, самого милого — ей подстать. Пусть она будет спокойна, уверена с себе, воодушевлена, пусть получает удовольствие от обучения. Главное для нее — развить королевскую способность к выработке энергии, получить возможность быть генератором наравне со мной. Чтобы вампиру меньше требовалось от меня. Чтобы я мог нормально исполнять свои обязанности Первого, не пугать Младших, не заставлять плакать Анреса, и не отказывать Триджане, когда ей хочется любви.
— Я вижу, ты правильно понял мое послание, — благодушно произнес кеттар, открывая дверь своего дома, и жестом приглашая войти.
Не понять было бы трудно. Когда незримая сила вдруг начинает душить тебя так, словно вот-вот отправит к предкам, это можно растолковать лишь одним образом. Это может быть только Гренэлис, потерявший терпение.
— У тебя ведь есть другие союзники, — заметил я, проходя в дом. — Почему ты торопишь именно меня?
— С другими у меня все мирно, — ухмыльнулся он. — Все согласно условиям договора. Они со мной не ссорились, и у меня нет рычага давления на них.
Нет «ловушки» — нет рычага давления.
Я вынул камень из маленькой замшевой сумки, и положил на столик у окна.
— Он почти полон, — сообщил я. — Если бы ты дал мне еще несколько дней, я бы с ним закончил.
Гренэлис взял камень, сжал в ладонях. Его глаза стали похожими на жерла проснувшихся вулканов.
— Сейчас я принесу тебе новый камень, — сказал он с придыханием, — и можешь идти с миром.
Он направился к лестнице, а я окрикнул его:
— Дир. Могу я спуститься в подвал?
Он обернулся с удивлением, развел руками, и равнодушно бросил:
— Если хочешь.
От множества зажженных ламп на стенах и потолке в подвале было светло, а я бы предпочел полумрак. Слишком нелицеприятный антураж.
Я обнаружил капитана Н-Дешью сидящим на скамье у стола, заставленного множеством специфических магических принадлежностей. Заметив меня, он встал, низко склонил голову, щелкнул каблуком. Напрасно. В этом подвале неуместен этикет нормального мира, наши роли не просачиваются сюда сверху. Я кивнул в ответ, и взглянул на него внимательно. Он выглядел нормально, не замучено — Гренэлис до сих пор вынужденно берег его. Острая досада затопила меня до краев.
— Зачем вы сюда пришли, капитан? — спросил я, стараясь не слишком афишировать чувства.
— Я хотел лучше узнать господина Гренэлиса, — ответил он. — И узнал.
— И кому это принесло пользу?
Он промолчал.
Легкое жжение в пальцах привлекло мое внимание. Я стянул перчатки, и ощущение стало сильнее. Я подошел к нему ближе, и тихо бросил:
— Расстегните рубашку.
Он принялся расстегивать пуговицы — без вопросов, без раздумий. Я чуть вытянул ладони к его груди, и едва не вскрикнул от густой боли всех оттенков, всколыхнувшейся в левой руке.
— «Ловушка», — констатировал я, отходя подальше, и жестом позволяя ему застегнуться. — Поэтому вы не взаперти. Вы на коротком поводке.
— Можно ли избавиться от нее? — спросил он спокойно.
Мне было странно слышать от него этот вопрос. Разве я не пособник кеттара по его разумению?
— Гренэлис может вынуть ее, но ему незачем это делать, — ответил я. — Мне жаль, что так вышло, — добавил я искренне.
Он сложил руки за спиной и промолчал.
— Гренэлис не навредит леди Хэмвей, если она будет соблюдать его правила, — произнес я убежденно. — Вы напрасно беспокоитесь о ней. Вы попали в скверную ситуацию, поскольку нарушили его уклад. Я тоже нарушил в свое время, но у Альтеи не будет моих проблем. Она получит уникальные магические знания, тиладский трон, и шанс удачно распорядиться властью. Гренэлис получит энергию для исследований и своего человека во главе государства. То есть, получит власть и возможность потешить самолюбие. Это выгодно для всех… Кроме тех, кому придется стать подопытными.
— И кроме тех, кто ими уже стал. Позвольте задать вам еще вопрос, Первый?
— Задайте, — разрешил я.
