Коровы начали переходить брод, когда Ася и Игорь сели на велосипеды и поехали в деревню. Они держались на соседних колеях и старались ехать вровень.
– Знаешь, что я вспомнил. Мама – шахматистка, тренирует группы перед турнирами. Этой весной ей привели пацана, как я примерно. Он хорошо играл у себя в кружке, но всегда проигрывал на турнирах. Его мама сказала моей маме, что он вроде боится выигрывать или как-то так.
– Как-то так, – повторила Ася, как эхо.
– Мама говорит, такое иногда бывает, и тогда она говорит ученикам вернуть ощущение, когда они выигрывают у себя в кружке.
– Это как? – не поняла Ася.
– Мальчик приходил каждый день, и они с мамой просто играли и разговаривали. И он сказал, что, когда играет в кружке, представляет себя офицером. Как будто скачет по полю и рубит всем головы.
Ася рассмеялась, представив шахматную фигурку, расправляющуюся с противниками.
– А мама сказала ему представлять себя точно так же, когда играет на турнире.
– И он стал выигрывать? – спросила Ася.
– Не знаю точно, он потом перестал ходить, – пожал плечами Игорь, и Ася почувствовала разочарование. – Вот ты себя как-то представляешь, когда гоняешь?
Ася смутилась и на секунду задумалась, отвечать ли.
– Я… я… Я – ветер!
– Ветер? – Игорь от удивления затормозил и спрыгнул с велика. Ася сделала то же самое.
– Как будто нет велосипеда, ни рук, ни ног, как будто лечу над землей, – продолжала Ася, не в силах остановиться. Спохватилась и подумала: «Зря рассказала! Решит, что я странная».
– Ну ты странная, – сказал Игорь, как Асе показалось, с восхищением и расхохотался.
– И-и-иго-о-орь! – донеслось со стороны деревни.
– Ой. Это старший брат и бабушка. За коровой пришли. А твои здесь? – спросил Игорь.
– Нет. Наша сама приходит. Надо только калитку открыть, – ответила Ася.
Они подошли ближе к худой седой старушке и брату Игоря, похожему на него как точная, увеличенная копия. И брат, и бабушка приветливо улыбались, но Ася застеснялась подходить ближе, поздоровалась издалека и остановила велосипед.
– Ну ладно, – сказала она, – я поехала.
– Как там твой Омерзительный? – поинтересовался Игорь.
– Все такой же Премерзкий, – рассмеялась Ася.
Она села на велосипед.
– Ась! – окликнул ее Игорь.
– А?
– Я так и не стал в шахматы выигрывать. Но мама сказала, это не из-за страха проиграть, а потому что я недостаточно способный.
Ася оттолкнулась и поехала, а в голове крутилось «недостаточно способный».
Ася повернула на дорогу к дому одновременно с дядей, и какое-то время машина и велосипед с подначивающей родней шли вровень, но затем машина вырвалась вперед.
Сестры и дядя выбирались из машины счастливые, красные, с мокрыми пятнами на одежде из-за неснятых купальников. Таня обнимала, как родное, синее ведро, из которого торчали кукурузные початки с еще зелеными волосами – поспели не до конца. Ира тоже несла в подоле юбки с десяток початков.
– Эй, малая, лови! – крикнул дядя Асе, вытащил кукурузину из кармана на дверце машины и бросил Асе.
Ася едва успела спрыгнуть с велика и схватить початок.
– Ого, скоко насобирали-та! Ну молодцы! – восхитилась бабушка.
– Чуть не поймали сторожа́! – с гордостью рассказывала Ира. – Лесопосадками уходили.
– Иван, ты зачем их по посадкам таскал? У тебя ж целые поля кукурузы. Хоть раз бы привез, – попеняла тетя.
– Дак ворованное-то вкуснее! – ответил дядя Ваня на бабушкин манер, и девочки хором подтвердили, что да, гораздо вкуснее.
– А у меня что, посмотрите! – перебила общий гомон Лена.
Все заглянули в подол ее юбки, который она придерживала руками. В нем лежало чудо чудесное – несколько грибов с толстыми ногами и такими же толстыми, мясистыми шляпами.
– Вот это да! – сказала тетя.
– Хде грибы-то нашли? В таку засуху, – спросила бабушка.
– У водохранилища, в лесопосадке, – ответил дядя. – Там земля влажная.
– И все – подосиновики! Идем пожарим с картошкой, – сказала Таня.
Початки высыпали на стол, грибы – в раковину. Тетя собралась было, по привычке, заняться готовкой, но дядя остановил ее:
– Да посиди хоть раз.
Взрослые вышли на крыльцо и сидели там и разговаривали, а все, кто проходил по улице, сворачивали поздороваться. «Девки» жарили картошку с грибами, гоняли на огород за овощами и зеленью, и в первый раз за лето никто не спорил, не канючил, не ныл.
Когда стемнело, Ася составила на столе фитильки и стала зажигать их. Вернулись взрослые и расселись за столом.
– Какой синоним для «хорошо»? – спросила Ася.
– Отлично, – сказала Таня.
– Восхитительно, – в один голос сказали Ира с Леной.
– Путево, – предложила бабушка.
А дальше понеслось:
– Прекрасно.
– Изумительно.
– Очумительно, – подключился дядя.
– Классно? – спросила Ася у Тани.
Таня кивнула. И опять:
– Здорово.
– Обалденно.
– Отлично.
– «Отлично» уже было, – сказала Ася.
– Все! – провозгласила Таня и выключила горелку под сковородкой. – Готово!
Девочки стали по очереди передавать тарелки, и Таня накладывала в них картошку.
После ужина дядя собрался домой.
– Заночевал бы, может? – предложила бабушка.
– Ольга вернуться просила, – ответил дядя, надевая ботинки.
Бабушка едва заметно поморщилась.