– Аяна, милая. Тебе нужно решить, что ты будешь делать дальше. Ты не можешь вечно оставаться здесь. Твоему маленькому четыре месяца. Я бы предложила тебе работать у меня, а его отдать кормилице в деревню, но понимаю, насколько это предложение покажется тебе безумным. Прости за прямоту, но твой муж вряд ли вернётся. Тар говорит, что ты занимаешь комнату, где могла бы жить ещё одна девушка. Что ты собираешься делать?
Вот так просто! «Что ты собираешься делать». Аяна знала, что наступит этот момент, она знала, но старалась не думать о нём. Дни уплывали по реке, и вот настал тот, в котором ей нужно было решать.
– Лейсе, я не знаю. Мне надо в Ордалл. Ты же помнишь, что мы направлялись туда?
Воспоминание о Верделле сжало ей горло. Где он? Что с ним? Она села на край кровати.
– Я знаю. Сколько у тебя денег?
– Меньше золотого.
– Тебе нужно десять серебра только для переправы в Димай.
Это слишком много.
– Я могла бы поработать у Кано. Она платит два с половиной медных в день за вышивку. Это полтора серебряных в месяц.
– Я не смогу тебя оставить в комнате, Аяна. Тар хочет поселить сюда ещё одну девушку. Тебе придётся искать дешёвую комнату в деревне за мостом и пристраивать Кимата к кому-то из деревенских.
Они посмотрели на малыша, который лежал на ковре на полу и бодро лепетал.
– Я могла бы брать его к Кано.
– Нет. Ему нельзя по столько часов проводить в керио. Это слишком долго. И он будет капризничать и отвлекать других.
– Да как вы выживаете, когда работа так мало ценится? Как? – воскликнула Аяна.
Лейсе пожала плечами.
– У всех есть огород, птица или какое-то дело. Деревенских кормит их земля, рыбаков – река и два озера. Каждый крутится как может. Кто не может – попрошайничает.
– Иногда дети побираются на улице, но за это могут посадить в тюрьму.
– За то, что они просят еду?
– За то, что они побираются. Бывает по-разному. Люди иногда берут никому не нужных детей и сажают их на улице с протянутой рукой, чтобы жалостливые прохожие кидали им мелочь. Потом они забирают мелочь, собранную ребёнком, и живут на эти деньги.
– И кормят ребёнка?
– Да. Но не очень хорошо. Если он будет выглядеть сытым, он не вызовет жалости и не соберёт денег.
– Я не пойду попрошайничать, Лейсе. Я не буду просить, пока могу работать.
Аяна поднялась и стала ходить по комнате.
– Знаешь что? Можно отправить тебя в Орту. У них там несколько больших домов. Возможно, там потребуется девушка для уборки комнат. Я не могу найти тебе работу здесь. Даже в городах к северу от столицы и то больше возможностей, чем тут. Там ты сможешь зарабатывать деньги. Я спрошу у Тара. Он решит.
– Лейсе, ты считаешь, это разумно? – оживилась Аяна.
– Я считаю, что тебе разумнее было бы оставаться дома. Но что толку сейчас об этом говорить. Знаешь, что мы сделаем? Я попрошу Конар написать тебе рекомендацию. В конце концов, ты учила её дочь музыке.
Аяна стояла с открытым ртом.
– Да, милая. Не все попадают ко мне в племянницы из отдалённых деревень. Лиу хорошая девушка, но, к сожалению, жизнь часто складывается непредсказуемо. А теперь она едет в Орту, и там продолжит осваивать читар и пение, и у неё появится возможность найти обеспеченного покровителя. Вот так бывает. Продолжай уроки с остальными, пока я жду ответа.
– Джин, а что такое покровитель? – спросила Аяна за завтраком.
Девушки перестали жевать и уставились на неё.
– Нет, Аяна, не надо, – тихо сказала Ивэр. – У тебя есть муж, я верю, что он вернётся и заберёт тебя...
– Я просто спросила. Лейсе вчера сказала это слово, и я хотела уточнить.
– Есть обеспеченные мужчины, которые ценят красоту и утончённость, – сказала Джин, изящно убирая волосы за ухо. – Они готовы платить больше, если получают удовольствие от беседы или если их развлекает твоя игра на читаре и пение. Если ты такому понравишься, он может стать твоим единственным гостем. Некоторым девушкам везёт, им снимают или покупают дом и содержат их и детей, которые появляются от этой связи. Но эти девушки с детства учатся, готовятся к такой жизни.
– Но... Почему они не женятся? Эти мужчины? Я думала, у вас с этим строго?
– Именно поэтому. Они не могут жениться на девушке такого происхождения, – сказала Паду, пальцами нежно касаясь подбородка. – Привезти девушку из деревни и жениться на ней – это недопустимо. А вот покровительствовать своей даме из числа чьих-то племянниц – это даже престижно.
– Но это какая-то ерунда. Каго, владелец постоялого двора, так грубо говорил о вас...
