Горстка жрецов и жриц Луны в шелковых одеждах цвета слоновой кости стояла на страже у подножия внушительной лестницы, ведущей к главному входу. Прищурившись, я заметил еще несколько человек в плащах наверху. По рукам пробежали мурашки. Ни один из них не шелохнулся, даже на дюйм.
Они напоминали мне статуи – их омертвелые глаза не мигали.
Я опустил подбородок, смотря куда угодно, только не на
Наш отряд остановился у ступеней, где тихо перешептывалась кучка путников с подношениями в руках. Я приподнял голову, разглядывая лестницу, уходящую в бесконечную ночь.
Слева от меня раздалось тихое фырканье.
Киара не смогла скрыть своего раздражения по поводу предстоящей нагрузки, и уголки моих губ приподнялись против воли. Восхождение на это чудовище, несомненно, заставит сердце биться чаще. Словно поняв, что я думаю о ней, Киара повернула голову и встретилась со мной взглядом.
Она пробормотала:
– Нагрузка на сердце, – а затем нахмурилась.
Сохраняя дистанцию, я приподнял бровь и взглянул на нее так, как раньше, когда я был всего лишь ее капитаном.
Мое тело могло превратиться в пепел, но меня все равно тянуло бы к ней, а оставшиеся после частицы поднялись бы по ветру и продолжили кружить возле нее. Бесстрашие Киары не переставало меня удивлять.
– Не торопись, – наставляла она Лиама. А всем остальным пригрозила: – Идите медленно, иначе я вас испепелю.
Взяв брата за руку, Киара пошла вперед, а я наблюдал со спины, пока мой шрам пульсировал в такт биению сердца. Чем дальше мы продвигались, тем острее становилась пульсация; и я стиснул зубы, понимая, что тело реагирует на священную землю, на которой мы оказались.
Она не приветствовала ни меня, ни мою магию; и я почувствовал, как схлынула сила.
Нам потребовалось более двадцати минут, чтобы добраться до вершины в нашем спокойном темпе. Лиам дышал несколько натужно, но в остальном выглядел вполне здоровым, и я приписал его бодрость снадобьям воровки.
Я оглядел храм, отметив арку размером с десять человек, которая очерчивала вход. По бокам от нее выстроились дюжина или более жрецов и жриц, и все они застыли, пока к ним не подошел путник.
– Добро пожаловать! – Жрица с иссиня-черными волосами ожила и махнула мне. Остальные по бокам от нее оставались неподвижными.
Моя рука инстинктивно потянулась к ножнам. Глаза жрицы были слишком яркими, а зрачки – чересчур расширенными. Мои внимание привлекли серебристые ногти с заостренными, точно лезвие, кончиками. От нее не исходило ни малейшего тепла.
– Мы пришли отдать дань уважения, – объявила Эмелия, делая преувеличенный поклон.
Жрица улыбнулась во все зубы, еще больше настораживая.
– Буду рада сопроводить вас в жертвенный зал, – сказала она, склонив голову и щелкнув длинными ногтями друг о друга. Когда ее взгляд упал на Киару, я сдержал желание зарычать. Мне не нравилось, что жрица изучает ее, словно муху, угодившую в паутину.
Моя мать пробормотала еще какую-то добродетельную чушь, прежде чем жрица провела нас через арку. Металлические скульптуры обрамляли очередную лестницу в центре помещения, зловещие крылатые звери застыли в полете. Я не мог не задаться вопросом: не созданы ли они по образу того самого существа, с которым Киара сражалась десять лет назад?
В воздухе витало напряжение, пот струился по спине, а дурное предчувствие тяготило меня с каждым выдохом. Знакомый жар разливался по телу, а ощущение, что кто-то прожигал мой затылок взглядом, лишь усиливалось. Я оглянулся через плечо.
На этот раз я заметил жреца в капюшоне, который, поднявшись на последнюю ступеньку, устремил взгляд на мрамор. В его уверенных движениях таилось нечто знакомое – так и хотелось откинуть капюшон и заглянуть ему в лицо.
– Сюда, – приказала жрица, отвлекая мое внимание от любопытного жреца. Она провела нас мимо двадцатифутовой статуи бога Луны, воздвигнутой на вершине лестницы, в центре купола, открытого ночному небу.
Ни одно из изображений бога не походило на другое, но все они были прекрасны. Поговаривали, что он меняет облик так же часто, как сменяются фазы Луны.
На этой скульптуре бога изобразили немного старше, его волосы скрывал капюшон. Круглые глаза смотрели на нас, вокруг них можно было заметить небольшие морщинки. По моей спине пробежали мурашки.
– Джуд.
Я оторвал внимание от статуи и перевел взгляд на позвавшую меня девушку. Киара хоть и ненадолго, но отбросила свой невинный образ, явив жесткость во взгляде, когда принялась осматривать меня.
– Все хорошо? – уточнила она, беззастенчиво придвигаясь ближе. Слишком близко.
Я вытянул руку, горло сжималось.
– Пожалуйста. Не подходи ближе.
Киара не слушала. Что не должно было меня удивлять.
– Я не прикоснусь к тебе, – пообещала она, находясь менее чем в трех футах от меня. Джейк приподнял голову, краем глаза наблюдая за ней с ощутимым беспокойством.
