Сокрушая ночь полностью

Она остановилась и нахмурилась, давая понять, что ее терзают тяжелые мысли.

И тут ее поведение изменилось, а левый глаз дернулся – знак того, что она в чем-то сомневается. Мое сердце упало в груди, когда она произнесла:

– Лучше иди вперед и веди отряд, капитан.

Я выполнил ее просьбу, вошел в длинный и извилистый коридор и поравнялся с Лисицей.

Мне было интересно, чем вызвано такое сомнение во взгляде Киары… но в глубине души я уже знал ответ.

Мной.

Мы прошли по туннелю, испещренному созвездиями и примитивными изображениями луны и звезд. Влажные и потертые стены с выгравированными рисунками резко контрастировали с красотой белого камня на входе в храм.

– Кто-нибудь знает, что означают эти символы? – спросила Киара позади. – Никогда раньше не видела таких знаков.

Я нахмурился:

– Созвездия?

– Нет. Круги. Они напоминают твою татуировку, но с большей детализацией. – Я оглянулся и увидел, что Киара проводит рукой по куску чистого камня. На нем не было никаких рисунков.

– Я не вижу никаких кругов, – нахмурившись, высказал мои мысли Джейк.

Лиам мрачно кивнул, неуверенно глядя на сестру. Он еще не успел привыкнуть к произошедшим в ней изменениям, но старался скрыть свой страх. Я отчетливо это видел.

– Никто из вас их не видит? – Киара протиснулась вперед, стараясь не задеть ненароком меня. Я сжал кулаки по бокам, чтобы не потянуться к ней. Приподняв голову к ближайшей плите, она сказала: – Другие линии черные, а эти, – девушка провела кончиком пальца по символу, который, оказывается, видела только она, – голубые и белые. Они почти… мерцают.

Эмелия проскользнула меж нами, вынудив Киару отступить на шаг.

– Поскольку в ней есть частица… монстра, – прошипела Лисица, – нам следует серьезно отнестись к ее предостережениям. Подозреваю, что эти символы и есть предупреждение. – Меня передернуло при слове «монстр». Эмелия поспешила добавить: – Я лишь хочу сказать, что Киара наделена темной магией, – она отступила, – и нам нужно убраться из этого туннеля, который явно не предназначен для нас.

Нас, людей.

Тех, кто не излучает тени и не искрит молниями. Но эта женщина глупа, если не считает монстром и меня.

Заметив мой сердитый взгляд, воровка фыркнула и пошла обратно, надеясь, что я последую за ней. На ее пятом шаге что-то щелкнуло.

– Эмелия… – крик Финна прервал свистящий звук.

Я обернулся слишком поздно, перед глазами пронеслась оперенная стрела. Время замедлилось, крик застрял в горле и…

Из-за моей спины вырвались тени. Пролетев перед Эмелией, они объяли ее тело.

Стрела разбилась о стену движущегося пепла, разлетевшись на дюжину кусочков. Я поднес руки к лицу, щепки пронзили кожу, впились в костяшки пальцев, руки и бицепсы.

Я открыл глаза, ожидая увидеть кровь или, может, неподвижное тело, распростертое на полу, но передо мной стояла Лисица с широко распахнутыми глазами, в которых читалось облегчение.

Тени Киары окружили Эмелию, разумные нити завихрились в воздухе, а затем вернулись к своей хозяйке, оставив после себя сильный запах дыма и горелого дерева.

Киара вздрогнула, втягивая тени обратно, все ее тело завибрировало от чистой энергии.

Она спасла мою мать.

Заметно дрожа, Финн опустился на землю, одной рукой потянувшись к Эмелии, а другую подняв над полом.

– Этот кусок мрамора обесцвечен, – прошептал он, глядя на Лисицу. – Твой вес запустил механизм со стрелой.

Эмелия судорожно сглотнула, раздув ноздри. Она взглянула на Киару, но так и не произнесла «спасибо». Не то чтобы я этого ожидал.

Финн продолжил:

– Если присмотреться, здесь есть швы. Кусок вовсе не цельный.

– Герметичные ловушки, – заметил Димитрий. – Восхитительно.

Киара протиснулась вперед и посмотрела на камень, на который наступила Эмелия. Она опустилась на колени и положила руку на плиту, заставив Финна отойти. От меня не ускользнуло, как Лисица придвинулась к нему или как его рука потянулась к ее талии, чтобы притянуть ближе.

– Те же метки, что и раньше, – пробормотала Киара, поморщившись.

Те, которые могла видеть только она.

– Ты должна вести нас, – заявил я, как бы мне ни хотелось обратного. Это мне следовало оставаться в переднем ряду, принимать на себя первый удар или выпад. Не ей. Но других вариантов не было.

Киара кивнула, не осмелившись встретиться со мной взглядом. То, как она избегала меня и в то же время придвигалась ко мне всем телом, подтвердило то, что я и без того ясно ощущал: судьба распорядилась так, что мы вынуждены держаться на расстоянии, но невидимые узы, связывающие нас вместе, не так-то просто разорвать.

Втянув воздух сквозь зубы, она осмотрела землю:

– Что ж, похоже, теперь вы все следуете за мной.

Время от времени она останавливалась, указывая нам, каких мест нужно избегать. Мы двигались по коридору зигзагами, Киара осторожно вела нас в безопасное место.

Мы танцевали этот нелегкий танец еще полчаса – никто не желал говорить, – пока вдалеке не показались смутные очертания преграды.

Круг из чистого оникса сверкал, ширился и возвышался над нами. Под свечением моего взгляда и факела Эмелии грани камня заискрились, рассыпая по нашей коже мерцающие звезды.