— Принц. Я просто знакомился с Элизой.
— Хорошо, — произнес Коннор, закрывая дверцу фургона. — Дэниел недавно приехал к нам из Мемфиса. И тебе не обязательно называть меня «принцем».
— Принц, — любезно согласился Дэниел. Коннор лишь закатил глаза.
— Добро пожаловать в Чикаго, — сказала я. — Что привело тебя на север?
Дэниел бросил взгляд на Коннора.
— Он привел. Мемфис заинтересован в будущем Стаи, в ее руководстве. И мы поддерживаем семью Киин. Поскольку б
— Он имеет в виду, что проспорил, — перевел Коннор, прислонившись спиной к фургону. — Так что вместо того, чтобы бегать по Тонгассу или наслаждаться Дельта блюзом[13], он работает охранником и терпит «снежный эффект озера»[14].
Брови Дэниела поползли вверх.
— Что такое снежный эффект озера?
— Приезжие такие милые, — сказала я и толкнула Коннора локтем. — Убедись, что он купит хорошее пальто.
Из здания вышел оборотень с планшетом в руке.
— Отойди от моего фургона, бездельник. — Это был Эли, один из дядюшек Коннора.
Коннор отошел от фургона и кивнул ему.
— Дядя.
— Щенок. — Он посмотрел на меня и кивнул. — Вампир.
— Волк, — произнесла я, и он ухмыльнулся.
— Все готово?
— Да, — ответил Коннор. — Странно, но я не видел, чтобы ты упаковывал бобы.
— Я менеджер, — произнес он и открыл дверцу со стороны водителя.
— Думаю, это намек мне заняться чем-нибудь другим, — сказал Дэниел и взглянул на меня. — Рад с тобой познакомиться.
— И я. Еще раз спасибо за помощь.
— Пожалуйста. Принц, — повторил Дэниел и направился обратно к зданию.
— Кажется, он классный, — произнесла я, когда мы отошли от фургона, чтобы Эли не сбил нас, выезжая на дорогу.
— Дэн — хороший член Стаи, — сказал Коннор. Он наклонился ко мне, и я уловила запах его одеколона, древесный и теплый. — И он постоянно флиртует.
— Это утверждение или предупреждение?
— Да.
Я закатила глаза.
— Он милый. Но, серьезно, убедись, что он купит хорошее пальто.
* * *
Я прикинула, что для того, чтобы отстирать с комбинезона запах дыма, паприки и патоки потребуется месяц.
— Пойдем со мной, — сказал Коннор, когда фургон уехал.
— Только если у тебя есть холодная «Маргарита» и горячая ванна, — ответила я, поводя плечом.
— Как плечо? — спросил он.
— Заживает, но медленно. Не уверена, эта дополнительная тренировка поможет или усугубит дело.
— Тогда я постараюсь загладить свою вину. У меня нет ванны или коктейля «Маргарита». Но как насчет барбекю и горячего оборотня?
— Наверное, с этим я смогу справиться.
— Хорошо. — Он взял меня за руку и повел через погрузочный отсек в тихий коридор, освещенный свечами, которые используются для разогрева жаровен. По бокам от свечей стояли две одноразовые тарелки с едой, в отделениях которых лежали кусочки мяса и гарниры.
Я подняла на него сверкающие глаза.
— У нас все таки будет романтический ужин.
— Я не был уверен, надолго ли тебе хватит двух хот-догов, и не хотел, чтобы ты покусала моих родных.
— Не тот биологический вид, — ответила я. — Я не кусаю оборотней.
— Ну, это мы еще посмотрим, — произнес он с ухмылкой. — Сегодня все не так, как я планировал, и ты не пекла багеты. — Он молча посмотрел на меня. — Забыл спросить — это ты их пекла?
— Давай больше никогда не будем об этом говорить. Лучше поговорим об ужине, потому что я умираю с голоду.
* * *
Барбекю, конечно, было восхитительным. Мы ели, как голодные дети, укравшие запрещенные конфеты: набивая еду в рот как можно быстрее, чтобы кто-нибудь не пришел и не забрал ее, и все время ухмылялись.
Наевшись, мы прислонились спиной к стене, вытянув перед собой ноги.
— Ты и правда знаешь, как заставить девушку хорошо провести время.
— Просто подожди января. Тебе наверняка понравится готовить бургеры на гриле на улице, когда на улице минус семь.
Я скользнула по нему взглядом.
— Это вызов?
— Думаешь, справишься?
— Вспомни, как мне приходилось чистить тротуар у дома Кадогана. Пока я не накопила достаточно денег, чтобы заплатить кому-нибудь за это.
— Всегда думаешь наперед, — сказал он и поднялся на ноги.
— Все вампиры так делают.
Он взглянул на часы.
— До рассвета еще около двух часов, — сказал он, затем предложил мне руку и помог подняться. — Теперь, когда мы покаялись и заправились, пойдем к боссу.
— Мы уже говорили с Берной, — заметила я.
— Смешно. И, наверное, не стоит говорить такое Апексу.
* * *
Мы нашли его в гостиной за общим баром, где старшие члены Стаи занимались делами оборотней или играли в карты, или и то, и другое, в зависимости от занятости.
В комнате было четверо оборотней. Миранда, двое мужчин, которых я не узнала, и, наконец, Габриэль Киин, Апекс Северо-Американской Центральной Стаи.
Он сидел во главе видавшего виды стола, положив ноги в ботинках на столешницу и скрестив руки на груди. Казалось, он занимал пространства в помещении больше, чем на самом деле. Сила придавала ему объема. Мне было интересно, насколько все это было связано с Апексом, а насколько — только с
