Сокрытая сталь полностью

— Я хочу, чтобы ты хотел говорить мне, когда происходят важные события. Или когда случаются мелочи. Я хочу, чтобы тебе нужно было поделиться этим со мной.

— Это не так просто.

— Так ли это?

Должно быть, он увидел боль в моих глазах, потому что его взгляд смягчился.

— Послушай, я не хотел, чтобы все так вышло. Но вот-вот взойдет солнце, и я не хочу, чтобы мы говорили то, о чем потом пожалеем. Мы можем продолжить разговор после заката.

Если бы я была человеком, это было бы маловероятно. Я видела Лулу с затуманенными глазами после бессонной ночи любви. Но солнце усыпляло меня. В такие ночи, как эта, это приносило облегчение.

— Отлично, — произнесла я. — Куда мне идти?

Он долго смотрел на меня, сжимая челюсть, обдумывая, что сказать.

— Второй этаж, вторая дверь справа.

Я кивнула ему и направилась обратно по коридору к лестнице. Затем я остановилась.

— Спасибо, что позволил нам сегодня остаться на ночь, — сказала я, не оборачиваясь.

И молча двинулась наверх по лестнице.

* * *

Второй этаж был почти таким же. Великолепный, теплый и с интересным сочетанием современности и антиквариата.

Дверь в спальню была приоткрыта, и, открыв ее, я увидела, что Лулу сидит на большой кровати с изголовьем, обитым серой твидовой тканью, и смотрит в экран. Я вошла и закрыла за собой дверь.

— Ты в порядке? — спросила Лулу.

— Мне нужна минутка, — ответила я. Я подошла к двери, которая, как я предполагала, вела в ванную, и обнаружила большой шкаф. Я зарычала и попробовала другую дверь. Это была ванная, отделанная серо-голубой плиткой, с туалетным столиком. Угловая стеклянная душевая была облицована более темной плиткой. Мне показалось, что это было похоже на океан, совсем как на картине внизу.

Я умылась и переоделась в пижаму, и как только снова вошла в спальню и убедилась, что окна закрыты плотными шторами с подкладкой, я была готова произнести связные слова.

— Он переехал из дома Киинов и купил чертов таунхаус.

— Судя по выражению твоего лица, мне не нужно спрашивать, что ты чувствуешь по этому поводу.

— Злость. Обиду. Потрясение. Замешательство. — Мне хотелось рассказать Лулу о своих родителях, о том, что они скрывали от меня. Но это привело бы к неудобным вопросам о Тестировании и причине моего страха.

— И что сказал Коннор? — спросила она.

— Что пришло время, и ему нужно было отдохнуть где-то от семьи. В каком-то месте, которое будет принадлежать ему.

— Ладно, — произнесла она, откладывая экран и закидывая ногу на ногу. — Это разумно. С его стороны было бы разумнее рассказать об этом своей чертовой девушке.

— Вот именно, — сказала я и присела на край кровати. — Какого черта, Лулу? У нас с ним общая история, и я думала, что мы куда-то движемся. — Я повернулась, чтобы посмотреть на нее. — Я неправильно думала? — Эта вероятность снова отдавала болью у меня под ребрами. И просто вывела меня из себя.

— Если ты неправильно думала, то и я тоже. — Она нахмурилась и покачала головой. — Мы не ошиблись, Лиз. Он без ума от тебя. И он доверял тебе настолько, что взял с собой в Миннесоту. Он рассчитывал, что ты поможешь Стае.

Все это было правдой. Но все же...

— Он купил дом.

— Да, — произнесла она. Она подложила экран на прикроватную тумбочку и откинулась на подушки. — Это странно. Хотя к декору не придраться. — Она посмотрела на кессонный[23] (кессонный!) потолок. — У него на удивление хороший вкус для мужчины, чей гардероб состоит в основном из обтягивающих футболок и кожаных курток.

Я фыркнула.

— Видела его выбор плитки? — Лулу поцеловала кончики своих пальцев. — Просто конфетка.

Я откинулась назад и обнаружила, что подушки почти раздражающе удобны.

— Это ненормально — не говорить своей девушке, что ты буквально живешь где-то в другом месте.

Лулу фыркнула.

— Когда это было? Нормальная жизнь?

Я покопалась в памяти и припомнила.

— В Париже как-то выдалась жаркая неделя, было слишком жарко, чтобы двигаться, даже ночью. Люди просто валялись, сидели без дела и не могли себе позволить заниматься чем-либо. Так что никакой драмы не было.

— Это не было нормально, — сказала Лулу. — Это была метеорологическая аномалия. Я имею ввиду, что на самом деле нет ничего «нормального». Это просто среднее значение, так легче объяснить обычные вещи. — Она сделала паузу. — Норма — это обман, созданный людьми без воображения.

— Ты — гений.

— Знаю, — сонно ответила она.

— Поговори с ним об этом завтра, — сказала она. — Когда ты не будешь злиться. Скоро уже рассвет.

Я выключила свет, но продолжала смотреть в потолок, несмотря на приближающийся рассвет.

Я чувствовала напряжение в доме. Отчасти из-за меня и Коннора. Отчасти из-за того, что мы с Лулу здесь не по своей воле, а по необходимости — потому что снаружи у меня враги. ААМ. Человек, который убил Блейка. И человек, который верит, что мы «друзья».

Это заставило бы почувствовать себя неуютно даже самого сильного вампира. Но находиться здесь было крайне несправедливо по отношению к Лулу. Она не подписывалась на такую жизнь, и мне нужно было вернуть ее домой.