Внутри меня жил монстр. Я предполагала, что он был частицей той исключительной магии, которая позволила моей маме зачать меня, поскольку я первый и единственный рожденный вампир. Мое зачатие было неожиданным, ему способствовала связующая магия, которую создала мама Лулу, чтобы заманить в ловушку существо, разрушавшее Чикаго. Уникальность была не только в моем рождении, но и в том, что я слилась с сознанием, не принадлежавшим мне — и о котором знал только Коннор.
— Проблем нет, — ответила я с б
Глаза вампира сверкнули серебром, верный признак его разгорающегося гнева. Но он мог встать за мной в очередь.
— Тогда, полагаю, мы сделаем это в коридоре, — сказал вампир с явным пренебрежением. — Я Блейк. Это Слоун и Леви, — произнес он, представляя стоящих рядом с ним вампиров. — Мы представители Отдела по соблюдению правовых и этических норм Ассамблеи.
По традиции, вампиры, не являющиеся Мастерами, использовали только свои имена. Блейк был тем, кто говорил. Слоун была темноволосой женщиной позади него справа, Леви — светловолосым мужчиной позади него и слева. Все они были одеты в одинаковые темные приталенные костюмы, хотя у каждого было свое украшение. У Слоун была нитка жемчуга; у Леви за лацкан была заткнута роза. У Блейка была подвеска на кожаном ремешке. Они выглядели официально и престижно, как вампиры, умеющие использовать моду для устрашения.
— Официально сообщаем вам о том, что вы нарушили вампирский
— Она спасла чью-то жизнь, — промолвила Лулу.
— Карли, — произнесла я, потому что ААМ уже знала ее имя. — Ее зовут Карли, и она не заслуживала смерти в чужой битве.
Выражение лица Блейка оставалось бесстрастным.
— Ты нарушила правила.
— Важны не правила, — сказала Лулу.
Блейк перевел свой холодный взгляд на Лулу.
— Она нарушила
Я подвинулась, вставая между ними. Колдунья — это путь, который Лулу намеренно избегала, и ей не нравилось напоминание об этом. Препирательства не помогут. Самое главное, я не хотела, чтобы их гнев был направлен на нее.
— Кто рассказал вам о Карли? — спросила я.
Губы Блейка сжались.
— Конфиденциальный информатор.
— Я имею право знать его имя.
— Не имеешь, — ответил Блейк с самодовольной улыбкой. — Вот почему это конфиденциально, особенно учитывая, что он оказал услугу американским вампирам. Тебе, как и всем людям, нужно понимать, что можно, а что нельзя.
— Блейк, — произнесла Слоун. — Достаточно. — Она посмотрела на меня с, как мне показалось, сочувствием. Но, учитывая, кем и чем она была, я усомнилась в ее искренности.
— На заседании ты сможешь рассказать свою версию событий, — пообещала она.
— Вы передали свое сообщение, — было все, что я сказала.
— Пожалуйста, подтвердите получение повестки официально.
Мне не понравилось, как это прозвучало; вампиры любили правила и сделки, и формальное подтверждение звучало как нечто, что накладывало обязательства, магические или какие-то еще.
— Я подтверждаю, что вы попытались известить меня о заседании, — сказала я, — но я не согласна с вашими условиями. Грант-Парк слишком людный. —
— Какое место ты предлагаешь? — спустя мгновение спросил Блейк.
— Я дам вам знать.
Блейк кивнул, взглянув на Слоун, которая постучала по своему экрану — гладкому устройству, которое позволяло нам быть на связи с миром.
Внезапно в районе ключицы я почувствовала укол и, посмотрев вниз, обнаружила поперек кости маленький, но светящийся «X».
— Вы
— Повестка с магической меткой, — сказал Блейк и бросил взгляд на Лулу. — У нас свои магические ресурсы.
— Когда она исчезнет? — спросила я.
— Завтра после полуночи, — ответил Блейк. — Когда ты появишься в обоюдно согласованном месте.
Я тихо выругалась.
— Как мне с вами связаться?