В жилах закипела кровь: задача определена. Есть опасность, она существует для всех - вчера он чуть не убил даже нашего повара Бычкова. Снайпер попал в термос с горячим супом. Суп брызнул фонтаном и облил повара. Ему пришлось заклепать дырку в термосе. А потом он кинулся искать наших снайперов. Хорошо, все мы располагались по своим укрытым «гнездам», и он никого не нашел. А то бы досталось!
- Зря я их кашей кормлю! – как рассказывали, разорялся разъяренный Бычков. – Какой-то «невидимка» издевается над нами, а они его не то, что подстрелить, увидеть не могут? Взводом одного фрица не могут одолеть! Да покажите мне его в свои прицелы, я его поварешкой! Товарища полковника без супа оставили! Все ему будет доложено!..
Так что, хотим кашу есть, фрица-снайпера должны, сказать помягче, ликвидировать. Пришли на вчерашнее, подготовленное место. Расправили траву, чтобы высилась, будто не тронутая. Завалили листвой свежую землю. Здесь же установили рацию, чтобы была возможность связаться с начальством. Кругом стоял туман, укрывая от сторонних глаз наши приготовления. С рассветом туман стал растворяться и все отчетливее открывалась любопытная панорама. Впереди - вражеские окопы. Вдоль деревни – шагали три фрица с рюкзаками. Куда это они, спозаранку? Мы доложили о них начальству, но приказа не последовало. Деревня - не нам отведенное поле действий. Нужно ждать. Вдруг в считанные мгновения - эти трое были сражены наповал. Хорошо сработали наши снайперы! Но не мы. Солнце пока не мешало, поэтому видимость была хорошей, линзы бинокля не отсвечивали. Мы оставались незамеченными для врага.
-Смотри–ка, - насторожился Гурьянов. – Слева дымок.
-Да, вижу, между ветками.
-Теперь дымок пошел с другой стороны….
Послышался выстрел. Снайперская винтовка.
- Он меняет места…
Гурьянов доложил командиру, что в седьмом ориентире немец стреляет, но самого не видно.
-Ждите, главное, чтоб он вас не обнаружил…
Загрохотали разрывы мин. Приказано ждать - ждали, окопавшись. Мины рвались то там, то тут. Но от нас поодаль. И так до вечера. Фашистский снайпер затаился, хотя два выстрела все же сделал: но откуда? Винтовка у него, словно эхо дает: «бац» - и звук покатился по горизонту.
Охота не удалась, но отчитываться надо. Лейтенант был недоволен. Мы и сами прятали глаза от стыда, что провели день, будто бездельники! Гурьянов попросил у командира разрешения, чтобы еще приблизиться к месту дислокации немцев – к снайперу.
С наступлением темноты опять отправлись на охоту. На этот раз лежали почти вплотную к врагу. А как, насчет приманки? Гурьянов на палке высунул из укрытия голову соломенного чучела в каске и дуло привязанной к нему винтовки. Натянул проволоку, прикрученную к спусковому, и раздался выстрел. Это палило наше чучело! Я был наготове: выстрел на ответную вспышку. Есть! «Неуловимый» снайпер замолчал навсегда.
В нас начали палить из орудий. Мы спрятались в приготовленные нами траншеи. Отлежались до затишья и ушли пластунским ходом.
Повар Бычков после нашей удачной охоты, светясь в улыбке, спрашивал в который раз:
- Может, еще добавки?
Оно бы хорошо, да уже не вмещалось!
Теперь мы с Гурьяновым на 13-м ориентире. Началась наша новая охота.
УДИВИТЕЛЬНАЯ БОМБА.
У Гурьянова на счету – 9 зарубок на прикладе винтовки, у меня - 7. Уничтожили 16 фашистов, вроде бы, воюем достойно.
Между боями солдаты, как мальчишки, тешились фантазиями:
- Были бы мы былинными богатырями в железных кольчугах, с большими дубинами, - зачинал Три Николая, - брали бы эти танки голыми руками и бросали бы оземь… - он даже показывал, как могли бы это делать.
- Или были бы у нас шапки-невидимки, - подхватывал Гурьянов, - одеваем, подходим вплотную и даем по фрицам автоматную очередь.
- Тогда уж лучше сразу прямо в бункер к Гитлеру: «Хенде хох!»
Смех, кто-то аж упал на спину, ноги вверх: действительно, было бы здорово, если бы… Эти слова - «если бы» - из восклицаний скоро переплавились во вздохи. Сказки сказками, а быль – былью. Почему бы не придумать что-то эдакое! Создали же ученые «Катюшу»! И они, простые солдаты, могут разработать сверхмощное оружия?! Станут военными инженерами, конструкторами. Три Николая тотчас предлагает изобретение. Бомбы изнутри пустые: ни пороха, ни запала. Ни реактивного топлива. Просто воздух. Но звук от взрыва, как от настоящей бомбы. Еще сильнее! – к фантазиям радиста подключаются и другие солдаты. Начинались «коллективные разработки нового оружия». Идея проста - самолеты сбрасывают воздушные бомбы, раздается страшный грохот, шум, у немцев начинается паника! Фрицы тикают, побросав оружие. Но мы-то знаем, что эти бомбы убить не могут. В них воздух! Мы спокойно заходим на территорию врага, собираем, как грибы, трофейное оружие. Обезумевший от страха противник добровольно сдается в плен. Ни одной живой потери. С захваченным немецким оружием и пленными ждем приближения основных войск.
Лейтенант выслушал научные предложения и ответил:
- Идея хорошая. Но ее вряд ли утвердит начальство.
