В ответ на его совет молодой солдат переместился на несколько метров в сторону, занял другую позицию. Начал взглядом скрытно и осторожно контролировать подходы к траншеям, оставленным его ротой. Где-то рядом просвистела пуля – гитлеровцы вели огонь из карабинов, пытаясь прикрыть огнем тех своих товарищей, кто выдвинулся во фланги к сержанту и Валентину, который уже целился в немецкого пулеметчика.
Меткий выстрел не заставил себя долго ждать. Закрытая чехлом каска отлетела в сторону. Ее владелец замер возле своего скорострельного оружия. Его помощник спрятался в укрытии. Гитлеровцы, поняв потерю основного огневого прикрытия, начали быстро ретироваться, кто перебежками, а кто ползком.
Сзади ударил несколькими короткими очередями ручной пулемет сержанта. Одновременно с ним еще раз выстрелил по новой цели Валентин, пытаясь сразить на отходе назад еще одного гитлеровца. Попал он в него или нет, солдат не видел. Свист пули заставил его снова задуматься о смене позиции.
– Отходи, Сафронов! – неожиданно прорезал воздух громкий выкрик сержанта.
Боец дернулся назад, но тут же остановился. На его глазах те самые немецкие солдаты, что шли в обход, во фланг, в полный рост, почти не пригибаясь, бежали вперед. Вот-вот они должны будут запрыгнуть в траншею и скрытно выйти по ней прямо на него и в тыл отстреливающемуся сержанту. Валентин остановился, вскинул винтовку. Его взору предстал фрагмент поворота хода сообщения. В этом месте он совсем неглубокий, спрятаться там негде. Расчет парня оказался верным. Гитлеровец был застрелен им сразу после того, как появился в прицеле. Пуля легла точно, откинув тело в серой шинели на бруствер.
– Отходи! – закричал в сторону Валентина сержант, пулемет которого замолчал – кончились патроны в диске.
Сам он, пригнувшись, быстро пятился, пытаясь укрыться от огня противника за поворотом хода сообщения. Земля за ним, на бруствере, в это время была сбита пулей. Еще одна расщепила на куски край торчащего бревна в стене деревянной постройки, служившей сейчас слабым укрытием для них обоих.
Молодой солдат бегло осмотрелся. О том, чтобы уйти одному по приказу сержанта, он и думать не хотел. Не хотел оставлять его одного. Если и покидать свой крохотный участок обороны, то исключительно вдвоем, попеременно отстреливаясь, прикрывая друг друга. Но открывшаяся ему картина моментально нарушила все его планы.
Со стороны дороги, по которой в данный момент входила в деревню и двигалась по ней дальше бронированная техника противника, показался немецкий танк. Ломая хлипкие ограды и заборы, давя гусеницами кусты и прочие насаждения, ревя мотором, он двигался прямо на них. На мгновение Валентин застыл на месте от увиденного, не в силах пошевелиться и куда-либо двинуться. Вид бронированного вражеского монстра, несущего разрушения и смерть, сковал волю парня, парализовал его тело. Дыхание у молодого солдата остановилось. Сам он не мог понять – что с ним сейчас происходит? Почему он не может ничего предпринять в ответ?
– Беги! – прокричал ему сержант, как только увидел застывшие от ужаса глаза парня.
Валентин вышел из оцепенения. В одно мгновение он взял себя в руки и уже было рванул вперед, по ходу сообщения, ведущего в тыл, как вдруг танк довернул башню и прицельно выстрелил из пушки прямо по ним с сержантом. Снаряд угодил точно в наполовину завалившуюся и обрушенную на бок бревенчатую стенку, служившую им защитой с фронта, и разнес ее в щепки. Взрывная волна разнеслась на десятки метров по округе. Она сбила Валентина с ног и отбросила его по коридору траншеи хода сообщения, прибив к земле. Сверху его накрыло тонким слоем мокрого, грязного, пропитанного влагой грунта и частицами бревен, разбитых разрывом танкового снаряда. Винтовку вырвало из рук, и он оказался безоружным.
Спасаясь от действий вражеской боевой машины, парень пополз вперед. Потом быстро встал и выглянул из своего укрытия. Картина, открывшаяся ему, была ужасной. Первое, что он увидел, было выброшенное из траншеи изуродованное тело сержанта. Рядом с ним валялись разбитый осколками снаряда его пулемет и пустая коробка из-под патронных дисков. За бруствером траншеи, где только что находился сам Валентин, торчала его искореженная винтовка, воткнутая стволом в насыпь. Установленный на ней оптический прицел был свернут набок, деревянные цевье и приклад разбиты.
Парень почувствовал отчаяние. Он остался один на один со смертельной опасностью. Герой сержант, опытный военный, руководивший только что боем, был убит. Оружие, что держали они в руках, уничтожено. С двух сторон к их позиции подбирались немецкие солдаты, сдерживать натиск которых было уже нечем. А приближавшийся вражеский танк полз прямо на него, гремя гусеницами, и уже поворачивал башню влево, отыскивая новую цель.
