Перед ними была таинственная и загадочная земля! За тысячу лет до основания Рима они поселились на этой территории! Этруски пришли из далекой Анатолии, а может быть, и еще дальше – из самой Финикии! Рим долго воевал с ними, даже подчинялся им, несколько римских царей вышли из знатных этрусских семей! Но затем загадочный народ стал сдаваться. И все же прагматики-римляне опасались своих побежденных соседей – называли их колдунами и пророками. Царство мертвых Этрурии отпугивало Рим!
Ночью пять путников остановились в кампанской таверне «Черный теленок». Их встретил старый широкоплечий кабатчик, оказавшийся бывшим легионером. В отдалении болтали две проститутки средних лет в ярких и открытых туниках – они сторожили здесь своих клиентов. Полуночники заказали холодных цыплят, бобы и вино. Кабатчик открыто кивнул на шлюх, спросил, не желают ли господа поразвлечься, но крепкий пожилой старик с короткой стрижкой седых волос отказался за всех.
Когда путники выпили первый кувшин вина и заказали второй, Лонгин спросил у хозяина:
– Скажи нам, есть ли у тебя знакомые, кто хорошо знает кладбища в Этрурии?
– Кладбища? – удивился кабатчик.
– Да. Нам нужен человек, который помнит древний народ Этрурии, его предания и богов.
Кабатчик сделал недоуменную мину:
– Это вопрос, мой господин.
Публичные женщины, шептавшиеся в отдалении, навострили слух.
– Кто бы разбирался в надгробных памятниках этрусков, – продолжал Лонгин.
Бывший легионер пожал плечами.
– Задачка…
Шлюхи переглянулись. Покачивая бедрами и улыбаясь, одна из женщин направилась к путникам.
– А сколько ты дашь, мой господин, если я назову тебе такого человека? – спросила одна из них.
– А сколько ты берешь за ночь? – вместо ответа спросил Лонгин.
– Два серебряных аса – с полуночи до рассвета, – отозвалась та.
– Ты нам лжешь, – прищурив один глаз, усмехнулся Варений. – Ты берешь два медных аса. А то и один. Два серебряных берут молодые шлюхи из Субуры.
– Я дам тебе два серебряных аса, – кивнул Лонгин. – Говори.
– Деньги вперед, – потребовала проститутка, привалившись бедром к их столу.
Александр залез пальцами в кошель у пояса, достал деньги. Женщина неторопливо взяла их и спрятала в одежды.
– В эту плату я готова включить и тебя, красавчик, – ласково сказала она. Александр приглянулся ей больше других. – Мое предложение будет в силе, пока ты здесь.
Александр усмехнулся:
– Я здесь буду недолго.
– Говори же, – поторопил ее Лонгин.
– Его зовут Туск, он старик, живет в десяти милях отсюда, в городке Сиенусе.
– Кто же он? – поинтересовался Лонгин.
– Вас интересуют этрусские кладбища, я не ослышалась? – переспросила женщина.
– У тебя хороший слух, – кивнул сенатор.
– Он тот, кого зовут отпевать всех покойных, в ком течет кровь этрусков. Кто верит их богам. Он знает все тайные заклинания, о нем говорят, что дух его вхож во врата смерти, в ту землю, куда уходят этруски.
– Нам подойдет такой человек, – согласился сенатор. – Теперь тебе остается сказать, как его найти в Сиенусе.
– Я объясню, – кивнула проститутка, – хотя в том городке его знает каждый!
Через час мужчины разбрелись по комнатам. Варений увел с собой обеих женщин, но первая из женщин до самого конца все еще манила за собой Александра.
А на заре, подняв Варения, спавшего мертвым сном в объятиях обеих шлюх, оплетших его руками и ногами, подобно яркому ядовитому плющу, наспех перекусив горячим хлебом и разбавленным вином, все пятеро выехали в сторону Сиенуса.
В городок, где все дома были сложены из грубого белого камня и были прилеплены друг к другу, как булки на противне, они въехали еще до полудня и сразу отыскали дом Туска. Как и объяснила шлюха из таверны, он стоял неподалеку от святилища Уни, между мясной лавкой и гончарной мастерской.
Путники спешились у дома, Аристарх забарабанил в деревянную дверь кулаком.
Им открыл раб-негр с повязкой на голове. Раб низко поклонился, едва увидев перед собой несколько воинов в сияющих доспехах: кирасах, шлемах и наручах, при мечах.
За ним следом вышел худой и высокий старик с прокопченной почти до черноты кожей. Греко-этрусский хитон его был подпоясан в двух местах, на тощих ногах были сандалии. Цепкий взгляд старика сразу оценил важных гостей. Он чутьем понял, кто тут главный, и вопросительно взглянул на пожилого воина.
– Зачем боги привели вас в этот дом? – спросил он.
– Ты – Туск? – спросил у него Лонгин.
– Именно так, – ответил старик и, отступив, указал рукой на дверь. – Пусть важные господа войдут.
Гости вошли – это был бедный и полупустой дом. Несколько скамей, стол и табуреты, сундук. На выбеленных стенах висели головы чужих Риму богов – непривычных и страшноватых.
По просьбе хозяина гости улеглись на циновки, раб принес вина и лепешек. Лонгин не хотел ничем обидеть хозяина и позволил ему проявить гостеприимство.
– Чего желают важные господа? – когда гости вкусили хлеба и запили его кислым вином, спросил Туск.
– Скажи нам, ты бывал на многих кладбищах Этрурии?
Вопрос удивил старика.
– Пожалуй, да, – ответил он.
