– Об Остберге. – Ее тон был таким же невозмутимым и ледяным, как и лицо. – О Константине Остберге – отце этой «милой девочки».
– И что она тебе о нем говорила?
– Она сказала, что на моем пути обязательно появится могущественный человек. Враг. Он будет всеми силами противостоять нашему делу. Это случится в будущем. Мать говорила, что он обладает большой силой, превосходящей ее силы десятикратно. Она предупреждала, что именно его я должна опасаться больше других. Когда я повзрослела, то смогла узнать: был такой Константин Борей – византийский вельможа, это он тенью охранял Дионисия, никого не подпускал к нему. Так неужели это и сейчас он: князь, иллюзионист, маг? – Мисс Блэк взглянула на Роберта. – А ты видел глаза этой «милой девочки»? В них тоже была сила – я сразу почувствовала это. Но она еще слишком юна. Впрочем, тебе этого не понять. А я бы не удивилась, если бы узнала, что часть таланта Константина Остберга перешла к ней.
Роберт пожал плечами:
– Подобные способности передаются по наследству – это известно всем.
– И еще… этот Арсеньев. Его книга попадает в руки Константину Остбергу, и сербский князь тотчас вызывает его к себе. Об этом свидетельствовала твоя новая любовь. Несомненно, что он – одна из ключевых фигур в нашей истории. Один из тех, кому века доверяют хранить свои тайны. Я поняла это сразу, как только коснулась его руки. Но кто он на самом деле? Я должна узнать, о чем они говорили – Остберг и Арсеньев. Что им известно. Должна! – Каролайн улыбнулась. – Как бы мне поговорить с ним по душам?
– Как мне с Мариной? – усмехнулся Роберт.
Мисс Блэк подняла очки, оставив их на макушке, хитро прищурила глаза:
– Вот именно, дорогой «братец».
Роберт прищелкнул языком:
– Я уже завидую этому болвану!
– Не торопись завидовать тем, от кого мне что-то нужно, – ледяным тоном откликнулась мисс Блэк, возвращая очки на место. – Кто знает, чем закончится такая встреча.
Отряд въехал в Константинополь ночью и устремился по ночным улицам мимо портиков, акведуков, садов и городских домов. Но скоро отряд стал рассыпаться – воины Александра разъезжались по своим домам.
Богатый особняк Фламинии стоял по Триумфальной дороге. Александр спрыгнул с коня у ворот возлюбленной, постучал кулаком в двери – золоченые наручи громко клацали об обитую железными пластинами дверь. Но ему понадобилось приложить все силы, чтобы служанка открыла оконце.
– Кому не спится в такой час? – спросила она.
– Открывай, Мелания, – услышав знакомый, настороженный голос, приказал Александр.
– Да кто же это? – спросила женщина.
– Палеолог! – с нарастающим нетерпением выкрикнул он. – Александр Палеолог!
– Господи, святые угодники, Александр Палеолог! – воскликнула служанка. – Это точно вы, наш господин?
– Да, это я, ваш господин! А потому не заставляй меня снимать двери с петель! – Ликование так и разбирало его. – Не для того я скакал всю ночь, чтобы теперь болтать с тобой до рассвета! Ну же!
– Госпожа больна и никого не просила беспокоить ее! – осторожно бросила в окошко служанка. – Приезжайте утром, благородный патриций, может быть, хозяйка и примет вас!
– Не гневи меня, – он готов был просунуть в окошко руку и ухватить служанку за волосы. – Слышишь?
Но вместо ответа служанка только бросила:
– Я справлюсь у госпожи, как решит она, так и будет. Ждите, Александр Палеолог, ждите…
И сколько он не пытался остановить ее, она не послушалась. Едва Мелания ушла, Александр сорвал с груди ключ от дома Фламинии, который по-мальчишески украл перед отъездом в Венецию, и отпер замок. Но дверь была закрыта на щеколду. Тогда он вытащил меч и с размаху обрушил его на резную деревянную решетку – та в мгновение разлетелась в щепы. Александр срубил обломки и, до самого плеча просунув руку, нащупал полосу металла со штырьком…
…Он поднимался осторожно, почти на цыпочках. Казалось, дом спал, но какой-то звук, идущий издалека, все же нарушал тишину. Он прошел несколько комнат и вышел в просторный коридор наверху. Два масляных светильника в нишах едва разгоняли мрак. Там, у дверей, стояла Мелания и дожидалась чего-то. Слуха уже касались знакомые стоны. Теперь его сердце билось так часто, что грозилось выскочить наружу. В руках он по-прежнему держал меч. Он умел ходить бесшумно, превращаться в тень, потому Константин Борей и доверял ему самые опасные поручения. Мелания едва успела тихонько вскрикнуть, как он закрыл ей рукой рот. Вид обнаженного меча до смерти испугал ее.
– Открывай дверь, старая сводня, – тихо приказал Александр. – И постарайся не шуметь, если тебе дорога жизнь.
