Лёгкая массовая противопехотная мина с двумястами граммами тротила, удобная при массовых установках — ПМН-1, ПМН-2, ПМН-3 — «Чёрная вдова» получила прозвище от американцев во время войны во Вьетнаме. Взрыв прессованного взрывчатого вещества А-1Х-1 отрывал стопу, дробил голень, ударная волна лишала сознания, газы взрыва вызывали ожоги и смерть часто от болевого шока и потери крови. Мина ПМН появилась на свет при Сталине в далёком 1949 году так же, как и знаменитый автомат Калашникова. Как и автомат Калашникова мина ПМН производилась по лицензиям и без лицензий во множестве стран: Китай — Тип 58, Болгария — ПМН-1, Венгрия — Gyata 64, Аргентина — FMK-1, Ирак, Иран, Пакистан, Индия, Куба, Вьетнам, Камбоджа, Лаос, Таиланд, Египет, Сирия — эту мину можно встретить в любой стране, затронутой вооруженным конфликтом во второй половине XX века.
Андрей боялся остаться без ноги или без глаз от своей или чужой мины даже больше, чем умереть. Но и это не всё… Когда где-то на планете в очередной раз смолкают пушки и расходятся после массовых убийств армии, мины продолжают свою войну, убивая всему миру в мирное время около 30 тысяч ни в чём не повинных людей при полном равнодушии душещипательных псевдогуманных спонсоров всех мастей и лживых международных организация капиталистов, уже разжившихся на прошедших войнах и продаже этой смерти…
— «Маша», «Маша», я «Наташа», я «Наташа»… — ответил Хабибулин, — мин не видели даже намёков, в кишлаке всё по-прежнему тихо. Какой-то грузовик уехал…
Послышалось шипение помех и раздался сердитый голос командира их роты Мереддурдыева:
— Сколько вы там будете резину тянуть вашу мать! Маша и Наташа! Гасымов и Алёшин, немедленно войдите в кишлак, и убедитесь, что рота может безопасно подтянутся для прочёсывания домов, вашу мать! Ваше отделение мне уже надоело, мать вашу мать так!
Хабибуллин отвлёкся на что-то блеснувшее в траве и налетел на Андрея сзади, произнося при этом:
— Вас понял, товарищ «Оля», «Оля», понял вас, то есть товарищ лейтенант!
— Смотри, куда прёшь! — сквозь зубы сказал Андрей, — салабон!
— Но этот же лейтёха — баран вонючий, — уже в сторону от микрофона виновато сказал Хабибулин, — говорят, деды нашей роты его прозвали «Вонючкой», и они его за убийство Жантасова… — договорить он не успел, потому что Андрей сильно ударил его ладонью по краю панамы, думая нахлобучить её на нос, но не рассчитал силу, содрав ногтем кожу на переносице, и на верхнюю губу татарина тут же выползла ярко красная струйка крови…
— Какое убийство, чурка ты стоеросовая! — прошипел он презрительно рядовому, — куда ты нос суёшь, что знаешь про убийства…
Андрей совсем не делал различия между людьми по национальному признаку. Командир их отделения сержант Гасымов был для него в самую последнюю очередь азербайджанцем, закавказским татарином, как азербайджанцев называли до революции в Российской империи, а была он прежде всего советским сержантом и дембелем, у которого шли последние сто дней до приказа о демобилизации, а рядовой Мурат тоже не был татарином с Камы, а прежде всего был салабоном из советской учебки, и сам он был не русским человеком из Москвы, а советским, дедом второго года службы, дембелем, тоже разменявшим сто дней до приказа министра обороны об увольнение в запас военнослужащих, проходивших военную службу по осеннему призыву 1986 года — дембель…
Андрей Алёшин родился в стране под названием Союз Советских Социалистических Республик, включающую в себя 15 союзных республик, и названия их были им заучены наизусть, а мама его тоже знала их, как «Отче наш, иже еси на небеси…», и отец тоже знал, конечно… У всех людей, рождённых в большой стране, в империи множества стран и народов, имелось своё мощное, великое имперское — властное сознание своей причастности к великому и прекрасному делу, заряжающему каждую свою составляющую самую малую частичку мощным импульсом величия: «От Москвы до самых до окраин, с южных гор до северных морей, человек проходит как хозяин необъятной Родины своей… Широка страна моя родная, много в ней лесом после и рек, я другой страны не знаю…»
Но откуда же саботажники привезли в такую сложную страну как Афганистан, такого дуболома как Мереддурдыев? Откуда вообще появились эти средневековые костоломы Чингиз-хан в Советской армии, так варварски воюющие в спецназе ГРУ, сухопутных войсках, заливающие безвинной кровью горы и долы Афганистана? Что за кровавые изверги бросили этих средневековых псов и контрабандистов, каждый второй из которых наркоман, вооружены до зубов самым современным оружием и спутниковой связью на президентский дворец в Кабуле, на беззащитные кишлаки? Андропов, Иванов, Киселёв, Питовранов, Крючков, Устинов, Соколов и их помощники это сделали…
