Алексей слушал ее и пытался не поддаться страху вновь. Постепенно любопытство перевесило, он смог дышать чуть естественнее и внимать словам своего психолога.
– Так, хорошо. Уже намного лучше, – сказала она, видя, что пациент не теряет сознание и слушает ее. – Леша, ты в больнице. Тебя нашли в собственной квартире без чувств и долго не могли понять, что произошло. Ты был истощен и почти полностью обезвожен. Ты помнишь, что случилось?
Алексей описал врачу, начальнице и единственному, по сути, другу последние пару дней, выдавшиеся весьма странными. Не забыл упомянуть про визит полицейского, про шум на шестом этаже глубокой ночью и потоп, про который та и так знала, ведь он позвонил почти сразу.
– Когда мы с тобой разговаривали? Напомни, пожалуйста, – удивилась Анастасия Геннадьевна.
– Вчера. Ну или сразу перед тем, как я отключился. Я еще написал, что интернет вырубили и ты сразу перезвонила. Кстати, прости, что соврал, но консультация мне была жизненно необходима.
– Понятно, – еще более задумчиво произнесла врач. – А что было потом, помнишь?
– Потом я работал целый вечер, почти до двух ночи… Даже на перекус не мог оторваться, клиенток было много. А когда закончил, пошел на кухню… – вспоминал Алексей и тут до него дошло, что еще не рассказал о самом главном. – Труп! Там был труп! Я так испугался, что потерял сознание… Как меня нашли вообще? Соседи учуяли трупный запах или что?
– Запах действительно был, только… – Анастасия Геннадьевна посмотрела на Алексея так, словно хотела сказать ему что-то невероятно важное, возможно самое важное в его жизни, но не знала как.
– Только? – фобии, сопровождающиеся редкими, но все же галлюцинациями – смесь довольно ядреная. Если он начал неожиданно бояться трупов и выдумал того мертвого мужчину, ничего хорошего это не сулило. Тогда как же его могли найти и попасть в его квартиру? Нет, не мог он выдумать тот труп… Или мог? Врач все молчала, и Алексей не на шутку перепугался.
– Трупа что, не было? – очередная волна паники уже подкатывала к горлу.
Она не ответила.
– Ответь, пожалуйста, очень прошу.
– Труп был, не переживай. Его ты не выдумал, – но тон Анастасии Геннадьевны все еще не внушал уверенности в том, что дело поправимо.
– Тогда что? Объясни.
Она встала, прошлась до двери, затем мимо кровати пациента несколько раз, словно злодей из плохого триллера.
– Расскажи мне, как тебя зовут, сколько тебе лет и чем ты занимаешься? – попросила она.
– Это шутка, что ли? Ты и так все знаешь, – нахмурился Алексей.
– Да, я знаю, что тебя зовут Алексей, тебе 26 лет, и сейчас ты работаешь оператором службы психологической помощи.
– Я работаю в сексе по телефону, – ухмыльнулся тот.
– Да, в простонародье так, – кивнула врач в ответ. – Как давно ты переехал в квартиру на Некрасовской, 8?
– Почти полтора года назад. К чему этот допрос, ты же все знаешь? – начал нервничать мужчина.
– А где ты жил до этого? – Геннадьевна все хмурилась, пока Алексей молчал перед ответом.
– В квартире своего отца, – произнес он еще более недовольным тоном.
– Можешь рассказать мне о своем отце?
– Нет! – крикнул мужчина, даже не поняв сразу, когда он успел так сильно разозлиться.
– Расскажешь мне о своей матери?
– Нет! Нет!! – Алексей отвернулся от психолога, ненавидя ее сейчас всем своим нутром и пытаясь спрятать непонятно откуда взявшиеся слезы. – Уходи!
Врач долго молчала, прежде чем ответить.
– Я уйду, – тихо, но строго пообещала она. – Скажи мне только, какая у тебя фамилия?
Алексей посмотрел на нее, как на сумасшедшую, словно это она была его пациенткой, а не наоборот.
– Смирнов. Ты же сама знаешь?
– Разве? – уставилась врач пристально на него. – А может быть, твоя фамилия Хачатурян?
– Нет, – прошептал пациент.
– Тебя зовут Алексей Хачатурян, ты сын Александра Хачатуряна, известного адвоката…
– Нет! Нет!!! – Алексей хотел встать, но в палату тут же вбежали санитары и вкололи ему что-то, от чего он уснул, не успев испугаться их присутствию.
Сколько пробыл в забвении в этот раз, мужчина не знал. Он не видел ни снов, ни каких бы то ни было воспоминаний. Проснулся опять в палате, Анастасия Геннадьевна сидела на стуле напротив и что-то читала.
– Сколько я проспал?
– Больше суток. Что произошло, помнишь?
Алексей подумал, затем отрицательно покачал головой. Терапевт тяжело вздохнула и опустила голову.
– Леша, ты пробыл в больнице четыре дня. За это время тебя осматривали врачи, мыли санитары, в палате было много людей. Ты испражнялся в медицинское судно. В палате стерильно, но не чисто и запах вовсе не из приятных. И ты сам, как бы не старались санитары, пропах потом.
Она замолчала, видимо, ожидая его реакции.
– Что ты чувствуешь сейчас? – пытливый взгляд сверлил его лицо. – Тебе страшно?
Алексей прислушался к собственным ощущениям. Страха не было. Все, что перечислила врач, все, что раньше пугало его до чертиков и вгоняло в панику, сейчас вообще не волновало.
– Фобии прошли? Вот так просто? – удивился мужчина.
