И отвернулся вздохнув. Игорь вел сеанс связи для Яхо, ему удалось наладить прямой разговор с его домом. Впервые за несколько месяцев. Прямо в воздухе развернулся прозрачный гало-экран и бортмеханик замер, рассматривая ожившее изображение.
Нэрис вежливо отвернулась, успев лишь заметить грозного вида мужчину и миниатюрную женщину. Разговаривали она не на имперском, и она даже почувствовала укол тонкой иголочки зависти.
А Игорек уже радостно звал Стэма, ему что-то нашептывая. Связь с родными… хотела б она поговорить сейчас с кем-то из них? Пока еще нет. Где-то глубоко в душе ворочалась черными червяками обида…
Тут Игорек вдруг окликнул ее. И Макара.
– Я только что пресек попытку войти в наш эфир, сделал вид, что его просто не было, слабенькие у них там связисты. Яхо, подвинься. – Расстроенный бортинженер послушно освободил место для Нэс. – Но они оставили сообщение. Адресовано оно тебе, Нэрис. Капитан, вы оба должны это видеть. Только не дергайтесь, это запись.
Он коснулся собственного наушника, и новая плоскость прозрачного изображения развернулась над Нэрис. Она ахнула.
Мама.
Все разговоры о ней до сих пор Нэс казались чем-то далеким.
Просто слова. Королева Зигейны Агата? Сочетание звуков, не больше. Преследовала Макара? Какая-то странная женщина. Не имеющая отношения к маме. Она умерла. Так все говорили, в это Нэрис поверила. Что же теперь?
Смотрит спокойно с проекции. Лаконичный черный наряд, поблескивающий драгоценными вставками, на шее широкое украшение, похожее на блестящий ошейник. Причудливая длинная стрижка: чуть вьющиеся черные волосы закинуты гривой на правую сторону. Сверкающее кольцо на мизинце руки. Макияж. Цвета сдержанные, но вид агрессивный. Или это Нэс только кажется? Королева… Она похудела. И помолодела. Жесткое выражение взгляда. И что-то еще. Неуловимое, но сразу же насторожившее.
– Дочь моя Нэрис, – говорившая усмехнулась, не очень приятно. – Я надеюсь, что ты не забыла меня. И ведешь себя благоразумно.
О, да. И продолжит себя так вести. Каждый день несколько раз, и чем дальше, тем благоразумней. Пусть даже не сомневается.
Агата поджала густо накрашенные губы и замолчала. Видимо, для придания значимости всему вышесказанному, как это принято у королев.
– Интересно, а как она собирается доказать ваше родство? – задумчиво пробормотал Рик, вставший рядом.
Взглянув на жену, он осторожно положил руку ей на плечо. Она сразу расслабилась.
– Генетическая экспертиза? – Нэс благодарно потерлась о пальцы щекой.
– Согласно имперскому Закону о семейных отношениях, после того, как она фактически отказалась от вас, все биологические аргументы ничтожны и не принимаются к рассмотрению. Разве что…
Но тут королева снова заговорила:
– По законам моего мира ты – единственная моя дочь и наследница.
– Ну… или так – пробормотал капитан.
– Пока еще несовершеннолетняя, – в голосе королевы прозвучала явная нотка превосходства. – А значит, должна находиться под патронажем короны.
– Какая прелесть… – подал голос Яхо. – Капитан наш – растлитель малолетних принцесс? А мы с вами, коллеги, – соучастники омерзительного преступления. Наконец-то хоть что-то существенное.
– Покрывали, глаза закрывали и всячески поощряли, конечно, – хмыкнул весело Стэм. – Придется скрываться от их правосудия. Как там называлась планета? Хоть знать.
Королева любила брать долгие паузы. Смотрела сурово, выразительно хмурилась. Спустя ровно минуту, очевидно решив, что ее собеседница достаточно впечатлена, она продолжила свою гневную речь:
– Я хочу, чтобы ты знала, моя дорогая: твой якобы муж в нашем мире объявлен преступником и скрывается. – Снова пристальный взгляд, выразительно поджатые губы.
– Я объявлен преступником еще в семи туземных мирах, – капитан усмехнулся. В двух из них, – каюсь, посмертно.
– Он обвиняется в покушении на честь и достоинство королевы, – произнесена эта фраза была особенно громко, с надрывом. Чтобы дитя уяснило уже, наконец, с кем связалось.
Нэрис тихо смеялась.
– Только на достоинство и покушался, клянусь, – весело открестился Аверин. – Остальное не интересовало, за что и поплатился. – Наклонясь быстро к Нэрис он совершенно бессовестно прикусил кончик ее тонкого уха. – С остальным тут проблемы, – согласилась с ним девушка, поймав пальцами кончик массивного носа Аверина.
Она все еще пристально вглядывалась в изображение записи. И сомневалась все больше.
– Я даю вам двенадцать имперских часов, – королева торжественно встала, поблескивая наплечниками костюма. – За это время ты должна будешь явиться в посольство Зигейны. Сама, без сопровождения и охраны, по доброй воле, ты вступишь на территорию нашего мира и передашь себя в руки короны. Время пошло.
Запись закончилась.
– Какая экспрессия… – заметил Хич, до сих пор не проронивший ни слова. – Капитан, кажется, нам угрожают?
– Ничего нового, – Макар осторожно поднял и пересадил замершую Нэс к себе на колени, плюхнувшись на сидение. – Солнышко, я все правильно понял: ты же еще не успела наделать долгов перед руками короны Зигейны?
