Отцом для нее навсегда остался Весемир. Которого она так вслух тоже никогда не называла.
А стоило бы, думалось иногда. Чем бы это было хуже раннего детства, когда Калантэ она называла матерью. Пока ей не смогли объяснить, что она ее бабушка.
Весемир…
У этого ребенка будет все так же запутано. Матерью он будет звать сестру, а ту, что дала ей жизнь, в лучшем случае тетушкой. Отцом ему будет совершенно не родной человек, и он никогда не узнает, кем ему на самом деле приходится дед.
Это их жизнь, цена ее будущей свободы и это стоит того.
Ведь так, Ласточка?
Так?
========== 23. ==========
Геральт меньше всего ожидает увидеть ее здесь.
Вот Мария чинно стоит рядом с ним, такая непривычно взросло выглядящая в этом новом платье, а вот он уже слышит ее восторженный вздох, и даже его тренированный взгляд еле замечает ее быстрые скользящие движения сквозь толпу.
Почти на грани.
И все бы ничего. Мария, когда позволяет себе отдыхать, очень быстро переключается с одного на другое. Везде успеть, все попробовать, везде залезть.
Это уже не новость и не сюрприз.
Но ее возглас содержит слова – «Ой, какая рыжая, хочу познакомиться!». И это внушает тревогу. Последний раз это привело в их круг Ориану. Что Геральта не слишком радовало. Правда.
К тому же… Мария была собой, умело избегала законных наказаний, а ее восторженные знакомства заканчивались обычно одинаково либо длительными отношениями, либо… жертвой.
И восторженное щебетание в начале, ничего не означало. Многих оно не спасло от разодранного горла, а потом операционного стола Региса. Многие выживали, еще больше нет.
Терпение и самоконтроль Марии не были идеальными. А Геральт уже привык беспокоиться о ее благополучии. Как она заботилась о Цири и о нем самом.
Он мягко двинулся за ней. Стоило проконтролировать.
И где же Цири, когда она так нужна?
Она на верху, обсуждает с Княгиней государственные дела и премудрости, раз уж изволила впервые за все эти годы посетить Дворец.
Так что сегодняшние возможные проблемы разгребать ему. Не впервой.
В бытие «придворным» Ведьмаком были и свои преимущества, и приятные стороны. Перед ним расступались, вежливо и скоро уступая дорогу.
Марию он нашел в полутемной арке, та маленьким обаятельным ураганчиком вертелась, сужая круги, вокруг женщины в бархатном зеленом платье слишком знакомого кроя.
- Геральт! – Позвала его Мария. – Смотри, какая рыжая. Сильная, но грустная. Можно вечером она пойдет с нами? Варнава-Базиль обещал много вкусностей в честь праздника.
Мария подлетает к нему, хватая за руку, просительно заглядывает в глаза. Право, территориальный хищник во всей красе. В свои покои во Дворце она бы даже не спросила разрешении кого привести, или кого там съесть, но Корво Бьянко это его территория, его и Цири и она спрашивает позволения.
Он смотрит на женщину, на Марию и отвечает.
- Можно. – Его рука машинально и привычно ерошит короткие золотые волосы на макушке Марии. Останавливая ее хаотическое движение.
- Правда?
- Правда. – Он щурится, улыбаясь женщине. И у той, наконец, проступает шок на красивом лице. Такой знакомый, но уже ставший… непривычным. – Эту рыжую волшебницу мы примем всегда. Если она того пожелает.
Трисс Меригольд кивает и, наконец, пусть чуточку сковано, но улыбается в ответ.
========== 24. ==========
Комментарий к 24.
Сегодня я думала выложить главу к “Солнце встает на Западе”, но так вышло, что стало писаться просто “Солнце”. Итак, раз уж повествование нелинейно, в ближайшие главы, добро пожаловать на Перекресток.
Приятного чтения. Ваш, бессовестный Автор.
Это была вилла Корво Бьянко. И Геральт бы погрешил на неисправность демонова портала, если бы не взвывшее предчувствие опасности.
Потому что он не чувствовал ничего. Видел, но не ощущал.
Деревья и цветы покачивались от ветра, но самого его не было. Вокруг был день. Ясный, теплый, но Солнце не грело кожу, не припекало, как должно было бы…
Ненастоящее место. Полупустое. Опасное.
Квен вспыхнул сферой вокруг. Закрывая его и Цири нерушимой защитой. Способной выдержать удар любой силы – но только один.
- В этом нет нужды. – Тихо говорит Цири, спрятанная за его плечом. – Он просто не успел настроиться.
- Кто? – Спрашивает он, но не смещается.
Он слышит стук ее сердца, спокойный и размеренный, но не спешит снимать щит раньше времени, и прикрывать ее тоже.
Потому что все вокруг становится реальней.
Ветер начинает ощущаться на коже прохладой, как он помнил – от ручья рядом с виллой, и всегда смягчающей летнее Солнце Туссента. Солнце, мгновение назад еще не гревшее, сейчас теплом опаляло щеку.
- Дом на Узле. Дом на Перекрестке. – Отвечает Цири. – Он принимает вид того, что последний его гость считает своим домом. Хозяйка считает, что так… легче.
- Качественная иллюзия. – Ворчит Геральт, наконец, отпуская Квен. – Лучшая, что я видел.
- Лучшая. Да. Среди всех миров. – Серьезно кивает на его слова Цири. Берет его за руку, мягко пожимая. На лице ее, такое потерянное выражение… - Правда, я думала… что это будет Каэр Морхен. Это всегда был он. Сколько бы я сюда не приходила.
