– Клаф, фпафыба, – сумела выдать я, немного прожевав, и принялась щедро поливать кетчупом картошку. Кай, оценив мои аппетиты, сразу открыл и второй пакетик. – О, чытаеф мои… мысли, – улыбнулась я, почти прожевав, но тут же осеклась и чуть не поперхнулась, глядя на Кая во все глаза. С трудом глотнув, я выпалила: – Ты же не читаешь мои мысли?
Кай покачал головой:
– Либо фамильяры этого не умеют, либо в твоей голове царит удивительная пустота.
Он сказал это совершенно серьёзно, без попытки подшутить или задеть, словно действительно предполагал, что в моей голове может быть пусто. Ещё и смотрел с таким невинным видом, попивая кофе. Я хотела возмутиться и уже открыла рот, но тут посмотрела на его руки, в которых кофейная чашка казалась неприлично маленькой. В голову само собой забралось воспоминание о прошлой ночи, ощущение его ладоней на моем теле. Лицо вспыхнуло, я захлопнула рот с такой силой, что клацнули зубы. Кай бросил на меня короткий взгляд, но ничего не сказал – судя по его отстранённому выражению лица, он никакого беспокойства не испытывал.
Некоторое время мы сидели молча. Я с сожалением поняла, что у меня пропал аппетит.
– Ты себя хорошо чувствуешь? – спросил Кай, едва заметно хмурясь.
– Что? – Я вскинула голову.
– Твоё сердце бьётся слишком быстро. – Его взгляд прошёлся по моему телу, и я вдруг почувствовала себя голой. – Что-то не так?
– Ты… не подслушивай!
– Я ничего не могу поделать, мой слух…
– Всё со мной в порядке!
– Ладно… – Кай выглядел озадаченным. Я же смотрела на него как на врага и, кажется, этим озадачивала ещё больше. Помолчав с минуту, будто пытаясь понять, какую реакцию от меня ждать, Кай осторожно сказал: – Я хотел вернуться к тебе раньше, но… обстоятельства задержали. Я беспокоюсь, что моё отсутствие могло тебе навредить сильнее, чем кажется.
Он беспокоится обо мне? Я вскинула на Кая насторожённый взгляд, изо всех сил стараясь не думать о его обжигающе горячем теле, прижимавшемся к моему. О том, какими нежными были его руки. Да что со мной не так? Веду себя как школьница.
– Я, как следователь Надзора, ни при каких обстоятельствах не должен вредить студентам.
Внутри что-то оборвалось, и я испытала странную смесь облегчения и разочарования. Усмехнулась, глядя Каю в глаза. Разумеется, он беспокоится не обо мне, а о собственной заднице. И я не могла его в этом винить. Наверняка, если по его вине что-то случится со студентом, Кая отправят на костёр, или что они там делают с вампирами? А если ещё и вскроется то, что между нами связь… Интересно, можно сжечь заживо дважды?
– Сказала же, что со мной всё в порядке, – ответила я почти равнодушно и перевела тему, придвигая к себе чай и на всякий случай проверяя, что в столовой мы остались совсем одни. – Значит, докладывал о делах Стоунклада начальству?
Кай кивнул.
– Я обязан был засвидетельствовать смерть Джиа Дэвидсон и подать рапорт. И в целом отчитаться о происходящем.
Упоминание Джиа заставило меня вздрогнуть, но я постаралась скрыть чувства в чашке и сделала большой глоток чая.
– Но тебя задержали «обстоятельства»?
– Вроде того.
– Какие же?
Кай молчал, но, поймав мой взгляд, покачал головой:
– Прости, Кэтрин, я не могу разглашать детали.
– Почему?
– Потому что это конфиденциальная информация.
– Но ты мой фамильяр. У нас не может быть секретов.
Я сказала это, надеясь надавить и узнать хоть что-то. Кай наверняка знал больше, чем говорил, в том числе и о Джиа, и о том, что происходит. Ну а в чём заключается магия отношений ведьмы и фамильяра? Вторые повинуются своим хозяевам беспрекословно. Одно моё слово – и Кай всё расскажет. Мне даже не нужно приказывать, просто попросить.
– Если я спрошу ещё раз, ты расскажешь. – Я весело улыбнулась.
Что-то в лице Кая изменилось после моих слов. Не в лице – во взгляде. Лицо так и осталось непроницаемо спокойным, но взгляд. Я не могла сказать наверняка, что именно увидела, но внутри всё похолодело, и на мгновение я снова очутилась в подвалах Надзора. Улыбка сползла с моего лица.
– Ладно, я наелась, пойдём. – Я отставила чашку и поднялась. – Мне нужно тебе кое-что показать.
– Что? – Кай поднялся следом.
– Одну занимательную книжку.
До комнаты в общежитии мы дошли в молчании. Всё так закрутилось, что я совсем забыла рассказать Каю о подброшенной книге и призраке, которого видела в библиотеке. Признаться честно, я сомневалась, что ему стоит об этом знать, но другой голос в голове – и я надеялась, что это голос разума, – подсказывал, что стоит делиться подобной информацией, особенно когда по Стоункладу разгуливает таинственный убийца фамильяров, проводящий до жути опасные ритуалы. Которого, кстати, подозрительно долго не было видно. В первые два раза мне на выручку пришёл Кай, сейчас же в Стоункладе его не было – казалось бы, прекрасное время для нападения, но всё было тихо. Подозрительно тихо. Возможно, Кай оказался неправ, и странному парню до меня не было никакого дела.
