'Вон там - у большого зала', - указала та через двор. 'Видишь лук, что присутствующие передают друг другу? Он принадлежит Моргану Кидвелли и, исходя из восклицаний берущих его мужчин, должен являться точнейшим оружием, когда-либо произошедшим из Уэльса! Несколько мгновений назад к группе подошла Бесс и убедила Моргана с Ричардом показать ей, как им пользоваться. Разумеется, натянуть тетиву девочке не удалось, она чуть плечо не вывихнула, стараясь, и, как ты можешь ожидать, все джентльмены почти падают от смеха'.
Вероника усмехнулась. 'Эта девушка родилась на свет, чтобы кокетничать, настоящая дочь своего отца! Признаю, меня терзали некоторые сомнения относительно ее возвращения ко двору, я думала, оно может оказаться неловким, учитывая все факторы. Но получилось хорошо, правда?'
Анна кивнула и закашлялась. 'Она была очень добра к Ричарду', - тихо произнесла королева. На миг ее взгляд встретился с взглядом Вероники. Нужды говорить что-либо еще не возникло, - Вероника поняла и согласилась. То, что Бесс не винила его за смерть братьев, имело для Ричарда огромное значение, именно так, мрачно подумала Вероника, он мог ближе всего подойти к прощению себя.
Анна снова кашлянула, и Вероника нахмурилась. Ей не был по душе этот звук, совершенно. 'Анна, что сказал вам о вашем кашле доктор Хоббис? Кажется, он усиливается, разве нельзя дать вам что-то для его облегчения?'
Анна покачала головой.
'Не могу в это поверить. Думаю, мне стоит с ним побеседовать вечером, посмотреть, что-'
'Нет!'
Вероника была ошеломлена горячностью Анны. 'Почему нет? Ричард сказал мне, что Хоббис лечит вас от кашля, что он настоял...Анна? Анна, вы же показывались доктору Хоббису? Или нет?'
'Да, я...' Анне изменил голос. 'Нет', - призналась она очень тихо. 'Нет...не показывалась'.
'Но Ричард сказал, что вы с ним виделись, сказал...'
'Я солгала ему, отчитавшись о встрече с доктором', - ответила Анна просто, и Вероника в изумлении на нее воззрилась.
'Не понимаю. Почему вы не хотите показаться Хоббису?'
'Потому что боюсь...боюсь того, что он может обнаружить'.
Вероника настолько резко втянула воздух, что это почти превратилось в стон.
'Мне не следует говорить тебе подобное, но...но мне так нужно с кем-то поделиться, Вероника. Я просто не способна и дальше держать все в себе...' Анна внезапно присела на подоконник, и Вероника увидела, как она дрожит.
'Уже второй месяц у меня не возобновляется цикл', - произнесла молодая женщина, а когда Вероника хотела ее перебить, медленно покачала головой. 'Нет... ребенка я не жду'.
'Анна...вы уверены? В течение первых месяцев беременности женщины часто чувствуют недомогание...'
'Да, я уверена', - тихо проронила Анна. 'Ирония этого всего в том, что я совершенно уверена. Видишь ли...Целое лето я пыталась зачать. Когда в августе мы вернулись в Вестминстер, я каждый день делала приношения к гробнице Безгрешного Эрконвальда в соборе Святого Павла и каждую ночь просила Богородицу прислушаться к моим молитвам. А потом в прошлом месяце у меня не продолжился цикл...наверное, сначала следовало подумать о беременности'. В ее голосе чувствовался странный недостаток эмоций, только вялое удивление. 'Но я не подумала, Вероника. Я...Не знаю почему, но я не подумала. Это было словно...словно я предугадала каким-то образом...'
Анна раскрыла ресницы, глаза сияли неестественным ярким блеском, зрачки расширились, придавая радужке скорее черный, нежели карий оттенок. То, что они отражали, безошибочно считывалось, как страх. У Вероники пересохло во рту, она спросила, спокойно настолько, насколько могла: 'Значит, вы утверждаете, что больны...что заболели не позже, чем в прошлом месяце?'
Анна кивнула. 'Думаю, даже раньше. Я просто не осознала, посчитала, это не более, чем утомление и...и скорбь по Неду'.
Она зашлась кашлем, нащупывая свой носовой платок. 'Сначала я просто была так измотана, Вероника...Просыпалась по утрам, ощущая, будто и не ложилась, малейшее усилие оставляло меня выкрученной и обессиленной. А затем...Ну, у меня дольше, чем я могу вспомнить, отсутствовал аппетит, но в течение последних недель я попыталась есть больше - дала обещание Ричарду - однако, вес продолжил падать. Кашель...сама знаешь. Я сказала себе, что здесь не о чем переживать, начав пить перед сном замешанную на меду конскую мяту. Но он становился сильнее, Вероника, особенно по ночам...Представить не можешь, на что это похоже, не смыкая глаз, лежать час за часом, из последних сил его душа и стараясь не потревожить Ричарда. Когда становится совсем плохо, я иду в гардеробную, откуда он меня не услышит, и кашляю в полотенце'.
'Ох, Анна...' Вероника закрыла глаза, не зная, что ответить.
'А прошлой ночью...прошлой ночью я ощутила, как дрожу, похолодев вдруг до костей. Это не затянулось надолго, каких-то несколько минут, но потом меня бросило в жар, Вероника, кожу будто опалило огнем. В конце концов, на теле выступил пот, после чего я смогла заснуть...'
'Анна...Анна, почему, во имя Господа, вы держали подобное от нас в тайне? Почему не дали знать доктору Хоббису? Почему?'
