В этот момент дверь открылась, и из спальни в компании Томаса Бемсли, домашнего врача из Миддлхэма, присутствовавшего у смертного одра Неда, вышел доктор Хоббис. Ричард встал так резко, что алан был застигнут врасплох и вынужден неуклюже вскарабкаться назад, чтобы сохранить равновесие.
Повисло напряженное молчание, которое, в конце концов, прервал Ричард. 'Ну как?' - спросил он хрипло.
'Сейчас отдыхает, мой сеньор. Но, учитывая необычную суровость приступа кашля, мы посоветовали Ее Милости остаться в постели еще на один или два дня'.
Ричард кивнул, но никто из докторов не вызвался добавить что-то помимо сказанного. Они, как он видел, настолько не горели желанием отвечать, что ему пришлось самому задавать им вопросы. Ричард наклонился вперед, облокотившись на спинку стула, и уперся взглядом в инкрустированные драгоценными камнями кольца и в свои побелевшие костяшки пальцев.
'Я старался убедить себя, что кашель Анны просто кашель, не более. Но так ли это?' Он перевел взгляд с Бемсли на Хоббиса. 'Я хочу, чтобы вы мне сказали. Правду'.
'Мы еще не можем быть уверены, Ваша Милость, но...' - начал Бемсли, и Ричард посмотрел на Хоббиса.
Врач постарше заколебался, но затем очень тихо произнес: 'Мы полагаем, что это чахотка'.
'Господи...' Ричард считал, что подготовился к худшему из возможного из уст врачей, но такого не ожидал. Терцианова лихорадка, даже инфлюэнца, но не чахотка. Та самая чахотка, Белая Чума, что предъявила права на Беллу и забрала сына Джонни Невилла. Изнуряющая лихорадка, являющаяся фактическим приговором молодым и хрупким.
'Она...она знает?'
Доктор Хоббис кивнул. 'Она прямо задала нам вопрос, Ваша Милость, не чахотка ли это. Я не смог солгать ей'.
'Дикон...' Рядом стоял Роб, переживший смерть от родов юной жены. Проницательные голубые глаза смотрели прямо в душу Ричарда и понимали все очень хорошо. Роб неуклюже потянулся, его рука потрепала рукав друга и упала, вскоре он выпалил: 'Послушайте, Дикон, это еще не означает, что надежды нет. У Джойс чахоткой заболела двоюродная сестра, когда последней было всего пятнадцать лет. Думали, - она умрет, но сегодня с ней все в порядке, - вышла замуж и детей родила ...'
'Ваша Милость, Сэр Роберт прав', - быстро успокаивающе вмешался доктор Бемсли. 'Ваша госпожа получит лучший уход, который мы способны вам гарантировать, и, если будет на то Воля Божья, я не нахожу причин, почему бы ей не поправиться от данного недуга'.
Ричард взглянул на него. 'Если бы вы только знали', - ответил он тихо, 'как сильно я хочу вам поверить'.
'Что это, Ричард?'
'Козье молоко, яичные желтки, розовая вода и мускатный орех. Также, думаю, мед. Звучит не слишком плохо, правда?' Ричард обнял Анну, помогая ей сесть, и не свел с нее глаз, пока она пила.
'Вечером доктор Хоббис хочет, чтобы перед тем, как мы отправимся спать, ты выпила смешанное с лавровыми плодами красное вино. Полагает оно значительно облегчит твой кашель, но просит продолжить принимать в течение дня конскую мяту с медом'.
Взгляды Анны и Ричарда встретились над ободком ее кубка. Напиток обладал сладковатым привкусом и густой консистенцией, - она выпила его до капли и вытерла губы тыльной стороной ладони.
'Мы найдем время на возвращение в Лондон, любимая. Ты сможешь отдохнуть в носилках, а я поеду рядом и составлю тебе компанию. Как полагаешь, будешь готова отбыть в начале следующей недели? Если нет, мы подождем...'
'Ричард, все хорошо', - ответила Анна и улыбнулась ему. Мужчина улыбнулся в ответ, но напрягся, услышав ее кашель, темные подернувшиеся синью глаза не отрывались от лица жены, расслабившись только, когда она снова устроилась в его объятиях.
'Что тебе достать, любимая? Должно же быть что-то, чего ты хочешь?'
'Ни...ничего. Просто держи меня', - произнесла Анна, и он притянул ее еще ближе, поглаживая нежными пальцами по волосам и прикасаясь губами к ее лбу, и впервые за многие недели она ощутила что-то, почти напоминающее умиротворение. Но вскоре в комнату вошел доктор Хоббис, застыв при виде их вместе на кровати, и Анна виновато вспыхнула, готовая отстраниться, не держи ее Ричард так крепко.
Удовлетворившись тем, что ее кубок пуст, и пощупав лоб, чтобы убедиться, что пациентку не мучает лихорадка, Хоббис степенно объявил: 'Я прослежу, чтобы перед сном вам прислали следующий молочный напиток, госпожа'.
Анна кивнула. 'Вам не следует тревожиться, доктор Хоббис. Я...Я знаю, что нужно делать'.
Она дождалась, пока Хоббис уйдет, но дольше не тянула, понимая, что если не скажет этого сразу, то не сможет уже никогда.
'Ричард...Я обещала быть с данного момента честной с тобой и ничего больше от тебя не скрывать, и намереваюсь так и поступать. Но ты, любимый, тоже должен быть честным со мной...и с самим собой'.
'Считаешь, я не честен?'
'Нет'. Она совершила глубокий неровный вдох. 'Несколько минут назад ты упоминал, что мы пойдем спать, но, дорогой мой, ты же понимаешь, что этому не бывать. Доктор Хоббис же объяснил тебе, что мы больше не должны делить одну спальню...правда?'
'Анна, послушай-'
