Лживая баба! Думал он. Даже не посмотрела в его сторону! Игла ревности кольнула Орма, яд обиды растекался по венам. Не так болели раны после боя, как после жестокого поступка Хельги. Неужели она могла так с ним поступить? Та девушка, нежная как цветок лотоса, смогла растоптать его любовь к ней, выбрав богатство и деньги Гуннарсона. Орм злился. Иначе как объяснить ее поступок? Поняв что жизнь с Ормом не будет такой зажиточной, как например с тем же Торольвом, она молниеносно поменяла своё решение, и выбрала другого. Боль разъедала его изнутри. Все его мечты и планы рухнули в один миг.
Сидя один на берегу, викинг прокручивал в голове мысли. Мысли о Хельге, которая подло предала его.
— Ингеборг, ступай в дом, я скоро вернусь и ты мне все расскажешь. — Харальд слегка подтолкнул сестру в сторону поместья. Та кивнув, подхватив подол платье, поспешила за остальными. — Харальд прошу не медли! Рядом с ней засеменили две рабыни, пытаясь не отставать от госпожи.
На берегу стояла Леля, обняв себя за плечи, девушка думала что же теперь ее ждёт дальше. Ее трясло то ли от холода, то ли от страха. Эта чужая земля пугала ее, и в то же время величие и красота северных фьордов пленили своим могучием. На секунду она подумала что холодные края как раз и созданы для таких варваров.
— Лейв! Отведи словенку к себе в дом, попроси Тору накормить ее и присмотреть за ней, позже я заберу ее!
— Как скажешь, Харальд!
Берсерк подошёл к девушке. Холодный ветер пробивал насквозь. Викинг сняв с себя плащ, накинул его на плечи Лели.
— Ты вся продрогла. Что же с тобой будет зимой? — Харальд чуть наклонился и шепнул ей на ухо — В моей постели тебе будет куда теплее, чем в рабском доме, словенка. Подумай! Леля недовольно взглянула на варяга. Издевается над ней?
— Я лучше превращусь в сосульку чем лягу с тобой! Харальд наигранно грустно вздохнул, и слегка подтолкнул девчонку.
— Ступай с ним. Вечером я вернусь за тобой.
Не успела Леля что то ответить, как Лейв взял ее за локоть.
— Пошевеливайся! — Идя рядом с викингом, девушка то и дело боязливо оглядывалась назад, ища глаза Харальда. Куда меня ведут? Тревожилась она.
Но северянин казалось уже забыл про неё, и уже направился к сидящему на берегу Орму.
Хирдман кидал мелкую гальку в воду. Гладкие камешки словно лягушки подпрыгивали на водной глади, затем бесследно исчезали.
— Рабы выкатили пару бочек отличного эля! Харальд сел рядом на нагретый солнцем песок. — Боюсь если ты так и будешь тут сидеть, тебе ничего не достанется!
Хирдман ничего не ответил. Его взгляд был наполнен тоской. Он все так же всматривался в горизонт, как будто мечтал увидеть там Хельгу. — Вставай старина! Иди и повеселись сегодня! Иначе клянусь что в следующем походе я привезу для тебя кельтскую принцессу! — Харальд громко рассмеялся, — Это куда лучше чем дочь ярла!
Орм ухмыльнулся. Идти в дом старика Отара викинг совсем не хотел. Видеть довольное лицо Торольва и лживую Хельгу не было никакого желания.
— Все впорядке. Я схожу, проведаю мать и брата.
Окинув друга равнодушным взглядом, Орм отряхнув штаны от желтого песка, направился в деревню, где его жила его семья. Мать и младший брат Бьёрн, которому этой зимой исполнилось четыре года.
Харальд понимал чувства друга. Эти клятые бабы! Все проблемы из за них. Викинг пропустил золотой песок сквозь пальцы. Надо поспешить к Ингеборг. Лицо сестры было взволнованным. Почему она приплыла одна без отца?
— Харальд! Нас все ждут! — Ульви окликнул его. — Тащи свою задницу живее!
Северяне направились в дом ярла Отара, где намечался большой пир.
Хмельные викинги, которых собралось больше сотни, шумно пировали в главном зале. Служанки подавали на стол самые лучшие яства, тушенное мясо с овощами, жаренная рыба, румяные пироги с брусникой и прочее. Рабыни ходили вокруг гостей с небольшими чашами воды и чистым полотном, давая гостям омыть руки после жирного кушанья.
Воины устраивали состязания, наполнив рог доверху крепким элем, приготовленным из можжевельника, болотного мирта и зрелого ячменя. Викинги старались на спор осушить рог до дна. Тот кто больше всех выпивал, становился победителем, правда после падал ниц в свою тарелку.
Рядом с Хельгой, сидела Ингеборг. Она видела грустное настроение своей сестры, но из за приличия не пыталась ее расспросить.
Рабыни сновали меж них, подливая в чаши душистый сидр, поднося сладкие фрукты и нежнейшее мясо перепелов.
Скальды рассказывали хулительные висы, отчего зал накрывало волной смеха, девушки краснея прятали смущённо глаза.
Торольв сидел по правую руку от отца, наблюдая как Ульви ловко метал нож в стоящего у дверей раба. Тот был живой мишенью с яблоком на голове. Викинги громко свистели, смотря как бедный парнишка зажмурился от страха. Сощурив один глаз, викинг немного медлил, прицеливаясь. Затем взмахнув рукой, метко попал по фрукту, отчего мякоть разлетелась по стене.
