Медленно приблизившись, мужчина недовольно поцокал языком, заметив, что лошадь убежала. Как бы между делом поддел рукой воздух, и я болезненно дернулась, когда нить оборвалась, окончательно отсекая все мысли о спасении. Похититель занес надо мной руку, как будто не ударить хотел, а погладить - и тень под его ладонью начала уплотняться. Больно не было, но я чувствовала, что из меня будто выкачивают силы, оставляя слабость и пустоту. Все-таки решил убить?
Помощь нежданно-негаданно пришла с неба. Я уже и забыла, что рядом и Торх, и Парсеваль - забыла обо всем, кроме страшного человека напротив, который поглощал мою жизненную энергию. Сначала на мужчину налетел ворон, дезориентировал, забил, захлопал крыльями в лицо, следом огромным вихрем спустился с небес орел, вцепился когтями в грудь, повалил человека на землю и тоже с впечатляющим размахом захлопал крыльями, даруя мне время.
Слабость после манипуляций похитителя накатила с еще большей силой, чем несколько минут назад, но я все-равно подняла голову, сосредоточилась, стараясь не глядеть ни на борьбу альмов, ни на Бейта и Артура, лежащих на земле. Все это отвлекало меня от главного. Судорожно вглядываясь в дымку, я жадно пила ее взглядом и, пусть Парсеваль об этом и не говорил, мысленно приказывала уходить, и с каждым вдохом чувствовала себя лучше. Через минуту даже смогла опираться на локоть.
«Ты - сама тень» - шептал внутренний голос.
А сбоку с ревом отбивался от альмов похититель. И когда дымка пропала почти без следа, к ним метнулась еще одна птица - ворон. Куда крупнее Парсеваля, с необычным серочерным оперением и серым же клювом. Налетел на орла и начал его клевать. Одно мгновение и мужчина, что-то крикнув, выбрался из бьющейся в агонии кучи и снова шагнул, весь исцарапанный, растрепанный, ко мне.
Сейчас сожрет с потрохами, и даже не поморщится!
Страх обнял меня удушающей волной, сделал ладони липкими, и, неожиданно даже для самой себя, вместо того, чтобы поглощать остатки тени, я в панике резко взмахнула свободной рукой и выплеснула всю стихию, что сосредоточила в себе, наружу - в надвигающегося на меня человека. В груди плеснулось отчаянье, бок снова прострелило болью, и я провалилась в забытье, не успев разглядеть, что натворила.
***
Я была вороном. Но отчего-то не рассекала привычно крыльями воздух, а сидела под широкой кроной дерева в изголовье импровизированной лежанки из еловых веток, на которой почивала бледная девушка с короткими темными волосами. Кажется, она была мне знакома. В метре от нас на такой же «кровати» лежал мужчина с серым безжизненным лицом и странной полуулыбкой на сухих губах. Сердце жалобно кольнуло, но я дернула головой и устремила взгляд вперед. Чуть дальше - на открытом месте - полыхал костер, возле которого с хмурым лицом в пол оборота стоял человек. Отсветы пламени плясали на его сжатых губах, на черной одежде и отражались в серебряном браслете на широком плече.
Вонь здесь стояла ужасная, но меня сейчас больше волновало состояние девушки. Казалось, что она просто спит, но дыхание у нее было неровное, со всхлипами, тело то и дело сводило судорогой, а на лбу выступили капельки пота.
Подергав головой в разные стороны, я уткнулась клювом девушке в волосы и аккуратно почесала ей голову, стараясь разбудить, хотя знала, что это бесполезно. А еще откуда-то знала, что опасно столько спать после соприкосновения с тенью. Нужно просыпаться, иначе можно застрять в источнике навсегда. Тем более сейчас, когда девушка совсем не обучена, а значит уязвима.
На помощь мне пришел мужчина, стоящий у костра. Огородив пляшущий огонь магической преградой, он подошел к лежащим на еловых ветках людям, коротко склонился над мужчиной, потрогал его лоб, а потом сел рядом с девушкой. На меня глянул с прищуром, но ничего не сказал, даже удивительно. Легко коснулся бледного лба лежащей, прошелся рукой по темным волосам, и сердце снова кольнуло. Придержал ее за плечи, когда тонкое тело содрогнулось, затрепетало, глаза под прикрытыми веками задергались и изо рта вырвался хрип.
- Скоро она очнется? - поднял голову мужчина. В глазах его билась тревога и пряталась где-то глубоко тоска. - Что можно сделать? Подскажешь?
Я хотела сказать, что не знаю, но ворон ответил за меня. И странно было чувствовать, как тело, в котором ты находишься, живет своей жизнью и разговаривает само по себе.
- Скоро очнется, я помогу. А тебе сделать ничего нельзя, сама должна выбраться.
Челюсть мужчины недовольно скрипнула, дернулся кадык - он, очевидно, привык не наблюдать, а действовать.
- Уже помогаю, - тише проговорила я в обличье ворона, и сознание подернулось дымкой, начало уплывать, но перед тем как покинуть тело зацепилось за мимолетное движение -мужчина протянул руку и осторожно погладил лежащую девушку по щеке.
