– Если это так, то никому не дано похитить Скрижаль Смерти, кроме Темного Алхимика, – дополнила его Кира.
– И что же мы теперь будем делать? – Элиас выглядел уставшим, мы все устали. – Оставаться здесь и дожидаться его?
Нас всех охватило крайне неприятное чувство. Впервые мы столкнулись с тем, с чем нам не под силу справится. В зале воцарилась тишина, но не на долго.
Очень скоро мы услышали посторонний, чужой голос:
– В этом нет необходимости.
Обернувшись, мы попятились назад. В зале только что появилось трое.
– Противные дети, вечно лезете не в свое дело. Думаете, я не знал, что вы выслеживаете меня? Я подозревал, что, придя сюда, следует ожидать появление чужаков, поэтому привел друзей.
Профессор Гаригари собственной персоны!
Высокий худощавый старик с уже заметным горбом на спине. Руки заведены за спину. На носу очки с треснутым правым стеклом. Тонкий длинный нос, седая борода и белые волнистые волосы по плечи. Бегающие серо-зеленые глаза. Бледная морщинистая кожа. Одетый в белый медицинский халат и темные брюки, он важно прошел вперед.
За ним следовали его «друзья». Проклятье… это Порождения!
Два Порождения.
Мужчина и женщина. Кажется, оба просто люди. Но вот Гаригари – василиск!
Блондинка в темном платье. Обычная мадам из толпы на улице. Но вот только… вместо ног у нее извивалась густая восьмерка черных щупалец, как у осьминога. Стоя на этих щупальцах, она казалась в два раза выше, чем была на самом деле, если бы у нее были ноги. Не знаю, что говорится в классификации Винсента про таких, но давайте для удобства называть ее условно Медуза. Ничего другого, более яркого, мне на ум не идет!
Второй – мужчина невысокого роста. Простая рваная рубашка и рваные джинсы. Босые ноги. Всего его покрывала густая темная шерсть. Сверкали белые клыки. Ноги неестественно длинные и странно выгнуты, словно лапы. Он напоминал мне оборотня, который не смог завершить свое превращение в волка и остался на промежуточной стадии. Мерзкое зрелище, скажу я вам. Выглядел он весьма опасным. Давайте называть его просто Волк.
И тут я осознала, что эти двое Порождений – первые, присягнувшие на верность Темному Алхимику после его возвращения.
На поясе Гаригари я заметила красивый украшенный драгоценными камнями кинжал. Шепчущий Кинжал – с его помощью он открывал порталы. Использование такого инструмента карается законом. Резать пространство в Лос-Марисе запрещено без особых разрешений Президента.
Если нам удастся отнять эту штучку у него, это уже будет большой удачей. Это лишит его и Темного Алхимика определенных преимуществ.
Профессор Гаригари высунул раздвоенный язык и показал два острых змеиных клыка.
– Убирайся! – выпалил Элиас.
Он быстро взмахнул рукой, и лезвие ветра тут же отсекло от тела профессора правую руку.
Тот даже не пискнул от боли. Что-то не так…
На лице безумного слуги Темного Алхимика появилась довольная ухмылка.
– Хорошая попытка…
И вот из оторванной части тела к руке, лежащей на полу, потянулись черные нити. Эти нити вернули оторванную конечность телу.
– Это невозможно… – выпалил Винсент, – он – гомункул!
– Но он же василиск, – подметила Кира.
В этом-то все и дело… василиски не могут быть гомункулами.
– Как такое возможно? – поражен был даже Малик.
Профессор Гаригари замер, изучая нас взглядом.
– Ты – гомункул? – осторожно спросил Ламберт.
Улыбка врага стала шире.
– Самый первый.
Бух!
Я не знала, как мне дальше жить!
– Но самый первый гомункул пропал! – сглотнула Кира.
– Ох, принцесса, это не так. Я был тем самым первым гомункулом. Мой господин… он оказал мне великую услугу. Мы долго экспериментировали и вот у нас закончились подопытные. Я решил стать следующим. И тогда я сам убил себя, и мой владыка даровал мне вечную жизнь. Он сделал меня первым гомункулом и единственным во всем свете гомункулом-василиском. Да, я сам пошел на такую жертву. У нас не получалось возродить жизнь, но со мной… все получилось. Я доверял ему. Я доверял ему так, что умер ради его высших целей. Но алхимическая формула по созданию гомункула из василиска была утеряна во время войны. Эту тайну знает лишь мой повелитель. Я – редкая форма жизни. Единственный представитель своей расы. Я еще более редкий экземпляр, чем полудемон. Я – единственный в своем роде василиск, которого сделали гомункулом.
От этих выводов у меня сбилось дыхание. Гаригари такой, с каким мир еще не сталкивался. Впрочем, его особенность сводится к тому, что он – тот же гомункул, который обладает способностями василиска. Да, в нем сочетаются навыки одно и другого, что делает его в два раза сильнее. Но думаю, что мы все же справимся с ним.
Интересно, смогла ли я отдать жизнь для такого дела, даже не зная, что все получится потом? Как же он так верил Темному Алхимику, что умер за него…
Я каждую секунду ловила себя на мысли, что перед нами стоит когда-то потерянный первый гомункул.
– Ты зря пришел сюда, – бросил ему Ламберт, – щит не уничтожить никому, кроме полукровки.
– Вот как… знаешь, это очень кстати…
И вот тут началось самое страшное.
