Эмили садится передо мной, слегка ошеломленная таким поворотом событий. Глядя на нее, я замечаю, что она похожа на Мартин, если той увеличить насыщенность: более рыжие волосы, более светлые глаза — а еще Эмили красивее. Это не в укор Мартин. Просто для меня Эмили из другой категории. Интересно, знает ли она.
Когда наберусь смелости, спрошу ее.
— Никогда так вкусно не ела.
После роскошного обеда мы поспешили обратно в квартиру, чтобы растянуться на диванах. Мельком думаю об отце: уверена, ему бы понравился ресторан. Джейк гулко смеется, явно тоже объелся.
— Я же говорил, что там вкусно.
— Ты не предупредил, что порции такие огромные!
— Ну тебе не обязательно было есть все, что она нам принесла. Ты сама подстегнула Мартин.
— Было бы кощунством что-то оставить.
— Я боялся, ты начнешь тарелку вылизывать.
— Без шуток, едва не сорвалась.
Мы хохочем. Я поворачиваюсь на бок, хотя мой желудок яростно протестует против такого выбора позы. Джейк следует моему примеру. Мы смотрим друг на друга. Его лицо снова омрачено тенями.
— Что?
— Ничего…
— Давай, поговори со мной.
Он вздыхает.
— На этом диване всегда спал брат. Странно видеть здесь тебя.
Начинаю вставать, но Джейк меня останавливает:
— Нет, не поднимайся, прошу. Я не собирался тебя прогонять. Здесь больно находиться, но с тобой спокойнее.
Да, странное ощущение. Англичане называют это
Он переворачивается на спину и кладет руку на живот.
— Серьезно, Мартин, видимо, подумала, что я ничего не ел с тех пор, как в последний раз был в ее ресторане.
— Она очень тепло к тебе относится, практически по-матерински.
— Да, ты права. Мы с Матом редко готовили.
— С такой божественной кухней это преступление!
Джейк кивает.
— Марианна тоже так думала. Она готовила в этой квартире больше, чем мы, это точно. Может, потому что она девушка…
— Место женщины на кухне? Очень современно, Джейк.
Он смеется, двигает подбородком из стороны в сторону.
— Я не это имел ввиду.
— Да ладно, и что же ты хотел сказать?
Мгновение Джейк подбирает слова.
— Все женщины в моей жизни всегда заботились обо мне. Кормили, ну и не только. Вот я о чем.
— Ясно. Хорошо объяснил.
Он мягко улыбается. Ему идет. Улыбка вообще красит людей, и в случае с Джейком это особенно верно. В последнее время он чаще позволяет себе расслабиться. И от этого хорошо уже мне.
Я разглядываю квартиру: наверное, мы скоро уйдем, и не факт, что я когда-нибудь сюда вернусь. На тумбе в углу комнаты я замечаю черно-белую фотографию в светлой деревянной рамке. Это Марианна, бывшая Джейка. Наверное, я уже видела сотни ее снимков. Она по-прежнему остается одним из самых популярных инфлюенсеров в Квебеке. Но такой Марианну еще никто не видел. Все дело в характере фотографии. Марианна, как всегда, потрясающе красива. В ее спокойном серьезном взгляде чувствуется глубина. Макияж легкий, кожа гладкая, сияющая, каштановые волосы собраны в свободный пучок. Больше всего поражают темные мечтательные глаза. Это простая фотография, никакой гламурности, но тем не менее она раскрывает всю гамму эмоций, которые улавливает даже мой неопытный глаз.
— Ого, она прекрасна, — выдыхаю я, имея в виду как фотографию, так и саму Марианну.
Джейк прослеживает мой взгляд и с ухмылкой кивает.
— Хочешь, расскажу историю этой фотографии?
— Валяй.
— Я поставил ее там, чтобы позлить тогда еще не бывшую. Ну вообще я тоже считал Марианну красивой. Она хотела выложить снимок в «Инстаграм», но я уперся; никогда не разрешал ей использовать мои фотографии. Эту Марианна особенно любила, она тут очень удачно вышла. Тогда я распечатал фото и поставил на видном месте, чтобы Марианна постоянно о нем вспоминала. Хотел пошутить, но не получилось. Теперь я немного лучше понимаю почему…
— Какой же ты засранец.
Он пожимает плечами, глядя мне в глаза. Мне вдруг становится жарко. Это не имеет ничего общего с температурой в квартире.
— Я знаю, — отвечает Джейк.
Он всегда поддакивает любой гадости, что о нем говорят. Только на сей раз блеск в его глазах другой; Джейк смотрит не цинично, а скорее весело, почти маняще. Как будто не просто сознается, что балбес, но и предлагает мне выяснить, что стоит за этим заявлением.
Мы возвращаемся в Л’Ассомпсьон в тишине, разнеженные хорошей едой и перевариванием пищи. Теперь черед Джейка выбирать музыку. Он ставит и мои любимые треки, и какие-то непривычные. Так я узнаю о его любимых группах. Он обожает фолк: мы явно поладим.
