— Бывает. Я сама видела. — А вот и подмога. Словам Элизабет-то уж мальчишка поверит, сомневаться не приходится. — Из окна нашего прежнего дома много чего было видно.
— Наверное, ужасно интересно! Я бы хотел посмотреть на мир, хоть на минутку. Эх, жаль, папа не разрешает.
Мне сделалось жаль Саймона, он же никогда не видел города. На мгновение я даже хотел было пообещать взять его с собой, но передумал. Слишком опасно. Да и красная зона вызовет у ребенка только отвращение. Там нет ни парков, ни высоких башен, сияющих по ночам, ни скоростных поездов, даже нового метро — и того нет. Только парочка заброшенных станций от старой постройки, полуразвалившиеся бараки, да горы мусора. Не считая бесчисленных притонов, борделей, и прочих сомнительных достопримечательностей. Нет, такой мир Саймону лучше не видеть вовсе. Дети живут иллюзиями, вот и не будем их разрушать.
Само собой — в Небесном городе хватает и клубов с досугом (естественно — не настольные игры с чаем и печенюшками), и наркотических закрытых ресторанов, и других прелестей. Но есть одно отличие — сервис, элитные девочки и качественные наркотики, а также позолоченные кресла и роскошное убранство.
***
Так прошла еще неделя. Патрули прекратились, во всяком случае, смотрящий не замечал присутствия в тоннеле посторонних.
За время затишья я успел пару раз оказаться на поверхности. Близкий друг Знахаря — Леон — сопроводил меня в центр паломничества контрабандистов и воров всех цветов и мастей — район подпольного рынка в красной зоне, где за полцены можно достать что угодно, начиная от перочинного ножа, заканчивая оборудованием для скалолазания, огнестрельным оружием и патронами. Дешево, но надо понимать — многое краденое, однако же, там, куда мы собирались, нет ни полиции, ни вообще кого-то. «Какая разница, если полиции нет? Нас все устраивает». И это мысли полицейского. Бывшего полицейского.
Хлеб, консервы, нож, три фонаря и батарейки, с запасом. На все про все, ушло 90 долларов, но Леон заверил — все хорошо. Воду вдоволь нам подарил Знахарь — газировка в пластиковых бутылках оказалась единственным богатством в закромах поселенцев, которые они тщательно спрятали в самом укромном месте.
— Берите-берите, у нас этого добра у нас лет на сто. Нам столько и не нужно. — Приговаривал Браун, помогая собирать вещи. — Вам как раз пригодится.
Бородатый мужчина уже понимал — мы уходим искать новую жизнь, поверив в легенду, но с нами идти отказался: «Куда нам? Мы привыкли жить во тьме. Однажды группа из одиннадцати человек уже покинула мой дом, с тех пор о них ничего не слышно, помнишь ведь. Не думаю, что хочу отправиться за ними».
— Может им удалось… — Робко пропищал Хрюк.
— В любом случае, примите это в знак нашей благодарности. Тут немного, но… — Протянул две купюры по пять баксов. — Нам они больше не нужны… — Действительно, не играть же нам с Лизи в магазин, а в другом мире — другие деньги.
— Немного? Да тут же целое состояние… — Возразил Леон и его глаза едва не вылезли из орбит от удивления.
— Да уж… Это немалые деньги… — Согласился Знахарь. — Вы точно решили уйти? Вы могли бы остаться с нами. Места всем хватит.
— Нет. Но, все равно спасибо за приглашение. Пока мы здесь, ваши жизни в опасности.
— Что? Уже уходите? Ну во-от. — Грустно произнес мальчишка, едва не плача.
Саймон привязался к нам. Еще бы, мы почти всегда были вместе. Но, ничего не поделаешь, нам надо идти.
— Наши жизни так или иначе всегда в опасности. — Знахарь только усмехнулся, не обращая внимания на возгласы сына. — Если легенда правдива и вам удастся увидеть солнце — расскажите миру правду. Если же нет — желаю вам дойти обратно живыми. Буду ждать.
— Спасибо… Мы постараемся. Но не могу ничего гарантировать. — Я не хотел больше давать обещания, которые не в силах был выполнить.
— Отдохните, как следует… Саймон, пойдем. Нашим друзьям требуется отдых перед тяжелой дорогой.
— Я Хрюк, папа и я… Хочу попрощаться.
— Хрюк, идем…
— Обещаю, что не уйдем, не попрощавшись.
— Правда? — Мальчишка немного взбодрился.
— Конечно, мы ведь друзья-шпионы!
На следующее утро, проснувшись и перекусив, готовились продолжить путь. Утро… В подземелье, казалось, не существует времени, только вечная тьма. Ночь или день — не важно…
— Прощайте. — Сухо произнес Знахарь. Не со зла или обиды, ему было грустно.
— До свидания, Рэт и Лиз! — Пропищал Хрюк, кинувшись в объятии Лиз, а потом в мои. — Я буду скучать. А это вам, на память. — Юнец протянул старую рацию. — Это тайный шпионский телефон. Так я найду вас и смогу защитить.
Рация, конечно, не работала, но мы могли подыграть, скрасив горечь расставания.
— Чуть не забыл… — Действительно, что это я. — Вот, это тебе.
На поверхности мне удалось за пару долларов купить поношенные кроссовки — не новые, но вполне пригодные. Хрюк сперва не поверил своим глазам и растерянно поглядывал то на меня, то на Элизабет, то на подарок.
— Чего ждешь, примеряй. — С одобрением добавила Лиз.
— Это? Кроссовки… Спасибо! — Малец пришел в неописуемый восторг и принялся зашнуровываться. — Какие они красивые! Как здорово!
