– Нет, тут проблем нет, – засмеялась Людмила и щелкнула выключателем.
Вспыхнул свет, и я оторопел, увидев перед собой ее… свою детскую мечту, первую любовь, хрупкую и нежную. В детстве мои вечно занятые родители считали за благо отправить меня на лето к бабушке в маленький провинциальный городок. Бабушка же не могла отказать себе в мещанской слабости – в свое удовольствие собирать фарфор. Тогда это презрительно осмеивалось, но она не обращала на это внимания, расставляя в шкафах изящные фигурки и приговаривая, что бог создал нас разными и что уж тут спорить о вкусах.
Мне строго-настрого было запрещено прикасаться к стеклянным шкафам. Но я часами мог рассматривать через витрины работы мастеров. Была среди них одна моя самая любимая. С ней я вел долгие беседы, доверяя свои маленькие тайны и придумывая истории совместных приключений, где она была принцессой, а я всегда спасал ее ото всех бед. И вот спустя столько лет она ожила! Все та же точеная хрупкая фигурка, белоснежная кожа, огромные синие глаза и струящиеся длинные черные волосы.
– Ну, отдайте же мне варенье, – дергала она ручку сумки. – Что же вы застыли?
– Тяжелая, – охрипшим голосом просипел я, – куда поставить?
– Вот хотя бы вот сюда, – она указала на стол, стоящий у окна. – У меня здоровье не очень крепкое. Простужаюсь часто, вот бабушка мне малиновое варенье и шлет.
Я чувствовал глупую свою улыбку и невозможность отвести глаза от Людмилы.
– А я ведь сладкого почти и не ем, нам, балетным, нужно фигуру беречь. У нас с этим строго, – болтала она, вынимая из сумки баночки, и, любовно разглядывая содержимое на просвет, гладила стеклянные бока. – Почему вы так на меня смотрите? – вдруг она заметила мой взгляд, смутив меня до красных ушей, но тут же сама нашла причину: – Ой, простите. Хозяйка из меня так себе… Гости нечасто заходят, и я забываю правила… Пойдем чай пить.
– Нет, что вы… спешу я… – я неловко начал отказываться.
– Отказ не принимается. Вы так долго сюда добирались, что десять минут уже ничего не решат. Я должна как-то отблагодарить вас за заботу. Не зря же вы через весь город тащили такую тяжесть. Идемте.
Она схватила меня за руку и потащила на кухню. Только бы она вот так держала меня, идя впереди, и я готов был идти куда угодно!
– Хорошо, от чая я не откажусь, но с условием…
– Каким еще условием? – помрачнела Людмила.
– Вы позволите мне заменить лампочку в коридоре. Лампочка-то есть?
– Лампочка? Какая лампочка? – растерялась девушка.
– Обычная электрическая, – я улыбался как идиот.
