– Папочка, а будь как Джерри. Тебя начальник ругает, а ты придумываешь себе его нарисованным и нестрашным, убегаешь и побеждаешь. Пойдем посмотрим.
– Идите-идите. Паша, пальто сними и брюки переодень – они ж мокрые у тебя на самом интересном месте… Жена сейчас придет, и что подумает? – подначил Павла Алексей Михайлович.
– Пойдем, – вздохнул парень, вставая и взяв за руку сына.
Через несколько минут из комнаты раздался дружный смех.
Алексей заканчивал убирать со стола, когда входная дверь снова хлопнула и раздался девичий голос:
– Я дома.
Ему показалось, что он снова молод и полон сил. Что прибежала с работы его любимая Аленка. Сейчас они сядут ужинать, а потом пойдут в парк на прогулку, она будет рассказывать, как прошел день, и весело хохотать над его замечаниями.
Он улыбнулся. Все повторяется от раза к разу, из поколения в поколение. Одни и те же вопросы мучают людей, но каждый раз новые люди пытаются найти решения, полагая, что они придумали нечто небывалое, а почему-то выходит все так же, как и раньше.
Настя вошла в кухню с сумками.
– Сейчас мы быстренько ужин сварганим. Здрасте, дядя Леша. – Она поставила сумки, плюхнулась на табуретку и зажмурилась, подняв лицо вверх. – Как же хорошо дома.
– Вот и посиди, передохни пока, – засуетился мужчина, разбирая сумки.
– А это что такое? – широко распахнутыми глазами Настя смотрела на одиноко висящую на потолке лампочку.
– Это… ну, такое дело… – начал мямлить мужчина, позабыв все тысячу и один вариант оправданий.
– Пашка, умничка ты моя. – Она подскочила и повисла на шее у ничего не понимающего мужа, только что вошедшего на кухню. За спиной у Паши маячил Андрюшка, делая страшные глаза.
– Пашенька, наконец-то ты снял этого динозавра слепого, и мы сможем повесить новую яркую люстру.
– Почему слепой динозавр? – растерялись мужчины.
– Потому что страшная была и света от нее мало. А давайте перед ужином новую и повесим?
– Ну-у-у… – замялся Павел, – я так устал сегодня…
– Я повешу, – быстро сориентировался Алексей. Совершенно ни к чему было доводить дело до выяснения причин пропажи уродца. Ведь скорость горения семейных скандалов он знал на отлично и не понаслышке.
– Пашечка, принеси коробку. Под диваном стоит там… – махнула рукой хозяйка.
Дедалеш и Андрейка украдкой показали друг другу большой палец.
– А где старая люстра? – вдруг спросил Паша, вытаскивая из коробки новенькую блестящую лампу.
– Паша, мы же ее выкинули сразу, – медленно произнес Алексей, пристально глядя на Павла.
– Куда? – ахнула Настя. – Зачем?..
– Ну да, выбросили, – разгадав знаки Дедалеши, «сознался» муж Насти.
– Я передачу смотрел, что хлам хранить нельзя… – начал разглагольствовать пожилой мужчина.
– Так-то оно так, – задумчиво произнесла Настя, – да только это ж не наш хлам. Квартира-то съемная и вещи тут хозяйкины.
– Об этом я не подумал, – расстроился Паша.
– Может, сходить к мусорке посмотреть? Вдруг она там еще, – с надеждой обвела глазами присутствующих девушка.
– Нет ее там, – проворчал Алексей, – как раз машина приехала забирать мусор, так я прямо туда ее и забросил.
– Что же делать? Будет же скандал, – растерялись молодые люди.
– Не будет скандала. Я оплачу люстру хозяйке.
– Дедалеш, можно тебя на минуточку, – позвал Андрейка.
– Иду, дружок. Паша, разберись, какой провод куда, я ненадолго.
В комнате громко работал телевизор. Мальчик усадил друга на диван и жарко зашептал ему в ухо:
– Дедалеш, ты прямо супершпион. Научишь меня так же?
– Чему «научишь»? – растерялся мужчина.
– Ну вот так вот врать и выкручиваться. Родители говорят, что врать нехорошо. А я вижу, что очень даже полезно. Тогда не влетит.
– Ох, дружок мой, не все так просто. Обман всегда раскрывается, и тогда влетает во много раз больше.
– Так, а ты где так научился?
– Опыт и долгие годы тренировок и практических занятий, но ты лучше родителей слушайся. Мои сведения могут быть устаревшими и никуда не годными. Пошли лампу вешать, а то ужина не дождемся.
– Дедалеш, а ты меня научишь люстру вешать?
– Сейчас не научу. Электричество не игрушка. Позже. Сейчас ты можешь посмотреть, как я это делаю.
– Ну красота же, – раздался восторженный голос Анастасии из кухни. – Пашенька, какой ты молодец! Дел на две минуты оказалось.
Под потолком, блестя стеклянными подвесками, искристо горит люстра. У Алексея заслезились глаза…