Сонатное аллегро полностью

Дедалеш, – из комнаты раздался встревоженный голос Павла, – Дедалеш…

– Что? Паша, что случилось? Ты меня звал? – Алексей пошел на зов.

Настя лежала на диване. Бледная и испуганная. Паша метался по комнате, не зная, за что хвататься.

– Настенька, что с тобой такое? То тошнит тебя, то голова кружится, то в обморок падаешь, – чуть не плача, приговаривал пожилой мужчина.

– Дядя Леша, вы не волнуйтесь за меня. У вас сердце… – безжизненно пролепетала она. – Я сейчас полежу чуть-чуть, и все станет нормально.

– Какое нормально? – побледнел старик. – Вот так и случаются самые страшные трагедии. Павел, срочно звони в скорую помощь.

– Где мой телефон? – нервно заозирался парень. – Только что был тут…

– В заднем кармане. – Алексей Михайлович вынул трубку и всунул в руки Паше.

– Какой номер? – Тот завертел телефон в руках, не в силах сообразить, куда надо звонить.

– Паша, пойди на кухню. Попей водички и вызови скорую помощь. Не паникуй раньше времени, – строго посмотрел на него Алексей.

– Я пошел?

– Иди, – вытолкал его дядя Леша из комнаты. – Настенька, что болит у тебя? – спросил он, борясь с желанием так же, как и Пашка, запаниковать.

– Ничего не болит. Душно только очень, – пожаловалась девушка.

– Сейчас окошко откроем, и все будет хорошо, – успокаивающе произнес Алексей. – Сейчас врач приедет, и все будет хорошо.

– Может, само пройдет? Не надо врачей. Я их боюсь, – заплакала Настя.

– Не надо бояться. Все будет хорошо.

– Вызвал. Сейчас приедут. – Паша вошел в комнату со стаканом воды в руках. – Солнышко, попей водички, – протянул он стакан жене.

– Надо Андрюшку с улицы звать? – вопросительно подняла глаза Настя на мнущихся около дивана мужчин.

– Зачем? – удивился Алексей. – Испугается только.

– А если меня в больницу заберут? – тревожилась девушка.

– Дядя Леша с ним останется, – решительно высказался Павел.

– В самом деле, Настя, не поедем же мы всей компанией в больницу? – улыбнулся Алексей Михайлович. – Не волнуйся.

С улицы раздался звук сирены машины скорой помощи.

– Быстро они, – обрадовался Паша.

– Я открою, – пробормотал Алексей.

Выйдя из комнаты, он прислонился к косяку, пытаясь унять сердцебиение.

– Нельзя показывать, что мне страшно, – тихим шепотом уговаривал он себя. – Мало ли что было раньше… история не всегда повторяется…

Я сидел в комнате, укрывшись пледом и читая книгу под звук невнятно бубнящего телевизора. Алена, напевая что-то, возилась в кухне, откуда по квартире медленно расплывался запах свежей сдобы. Я с наслаждением закрыл глаза, предвкушая мирное чаепитие, как вдруг послышался грохот. Я вскочил и опрометью метнулся на звук. В кухне на полу лежала Алена, засыпанная ложками, мисками и всем тем, что минуту назад стояло на столе.

– Алена!

– Алешенька, я пошевелиться не могу. Что со мной? – в ее глазах плескался страх.

– Сейчас-сейчас, – дрожащими руками я схватил телефон.

А из больницы она уже не вышла…

Слеза скатилась по морщинистой щеке Алексея Михайловича.

– Дядя Леша, вы дверь откроете? – нервно спросил Паша из комнаты.

– Иду, – крикнул Алексей.

В сопровождении мужа и докторов Настя вышла из квартиры. Тут же распахнулась дверь напротив, и на лестничную клетку вышла Алевтина с Пусичкой на поводке.

– Здрасте, – расплылась в лицемерной улыбке она, – еще одну уморили?

– Тьфу на вас. Типун вам на язык, – рассердился Михалыч, – а лучше три. Чтобы ерунды не говорили.

– А что я? – делано удивилась соседка. – Я ж только анализирую. Жену вашу тоже вот так вот увозили…

– Настюша, не слушай дурную бабку, – повернулся к девушке Алексей, – все будет хорошо. Паша с тобой едет.

Настя кивнула и, опираясь на руку мужа, пошла вниз по лестнице.

– Чего это я бабка? А ты тогда кто? – взвизгнула Алевтина. – Ты же старше меня на три года!

– Так я и не говорю, что молод, – пожал плечами мужчина.

– А молодуху нашел! – продолжала разоряться Алевтина Николаевна.

– Вот это фантазия у бабки, – восхитился врач, спускающийся по лестнице последним.

– И этот туда же, – всплеснула руками женщина, – посмотри́те вы на них! С ровесниками нужно доживать век, а не в молодежных компаниях путаться.

– Алевтина, вы несете чушь, – устало сказал Алексей, запирая за собой дверь квартиры.

С лестничного марша продолжали доноситься крики:

– Я еще разберусь с вами. Может, там притон какой-то? Я участковому пожалуюсь… Я на вас управу найду.