– А конфеты? – крикнул в спину уходящей женщине высунувшийся из комнаты Андрюшка.
– Нет у меня конфет. Обманула я тебя, – зло фыркнула в ответ та.
– Ну нет так нет, – пожал плечами ребенок, – что тогда обещала? Странная тетка.
– Андрюша, иди ужинать, – позвал Алексей Михайлович.
– Дедалеш, у тебя телефон звонит где-то, – прислушался мальчик.
– Ох ты господи, это, наверное, твои родители звонят, – всполошился он. – Да где ж он…
– В комнате. Я сейчас.
Телефонные звонки в последнее время пугали Алексея. Ничего хорошего нельзя было ждать от таких звонков.
– Да. Паша? Что? – тревожно воскликнул он в трубку.
– Дядя Леша, все хорошо. Ничего не нашли критического. Сказали завтра в поликлинику сходить. Мы едем домой уже.
– Вот и хорошо, – выдохнул Алексей, кладя телефон на стол рядом с собой, – вот и хорошо. Андрюша, пойдем ужинать. А то твои родители меня ругать будут.
Мальчик уселся за стол, схватил руками кусок курицы и впился в него зубами.
– Андрей, ты секреты хранить умеешь? – старик внимательно посмотрел на ребенка.
– Дедалеш, ты чего, – прочавкал мальчишка с полным ртом, – про люстру же никто не узнал.
– Вот у меня к тебе есть просьба, – замялся он, – не говори родителям про собаку.
– Почему? – удивился ребенок. – Все же хорошо закончилось.
– Так-то оно так, – вздохнул Алексей, – но мама нехорошо себя чувствует. Не надо ее волновать сейчас. Потом расскажем. Договорились?
– Ладно.
– Доедаем и быстро приводим в порядок кухню.
– Чтоб никто не догадался, – подмигнул мальчик.
Волнение не отпускало Алексея ни на минуту. Что сказали врачи? Почему надо идти в поликлинику? Многие знания или, напротив, их недостаток разрывали на части. По возвращении Насти и Паши он не решался начать разговор. Андрюшка все время крутился рядом. «А если что-то совсем плохо, ребенку не нужна такая новость разом. Его бы подготовить…» – терзался мужчина.
Уже глубоко ночью, когда, сидя на кухне, Алексей представлял себе наихудший вариант развития событий, вошла заспанная Настя.
– Дядя Леша, почему вы не спите? Плохо себя чувствуете? Давайте давление измерим? – обеспокоенно заглянула она ему в глаза.
– Настюша, что врачи сказали? – шепотом произнес он, внутренне замерев.
– Что сказали… – Она присела напротив. – Беременная я… вот что сказали. И что теперь делать, непонятно. Куда нам второго ребенка-то? Сами на птичьих правах, – тяжело вздохнула девушка.
– На каких таких правах?
– Живем тут у вас… наверное, придется прерывать беременность. Другого выхода нет, – опять вздохнула она. – Вот завтра в поликлинику пойду…
– Настя… не надо…
Какие слова нужно найти, чтобы объяснить ей, что все трудности временны? Что ребенок – это большее?.. Как объяснить ей, что такое гулкое одиночество и пустая жизнь без близких людей? Она не проживала этого, и не дай бог ей этого испытания. Все слова перед ее решимостью были пустыми звуками и совершенной бессмыслицей. Нужно что-то сделать, но вот что…
– Дядя Леша. – Девушка подскочила со стула и бросилась к нему. – Вы такой бледный… и руки как лед… Сейчас, дорого́й мой, потерпите… Паша, – воскликнула она, – иди быстрее сюда.
– Что тут ночью происходит? – заспанно потягиваясь, вошел Павел.
– Паша, я думаю, что нужно врача вызывать.
– Ты, конечно, ему все рассказала, – сердито прошептал муж, – мы же договаривались. У него сердце слабое.
– Он спросил… А я не смогла соврать… – заплакала девушка.
– Так, тебе сейчас тоже нервничать нельзя. Вызываем скорую.
– Не надо… – засопротивлялся Алексей.
– Надо. Я принял волевое решение.
– Паша… – начала Настя, но осеклась, глядя на супруга.
– Я тут самый дееспособный.
Доктора приехали удивительно быстро.
– Второй раз за день на один адрес, – ворчали они. – Девушка, опять вы?
– Нет, не я, – ответила Настя, кутаясь в кофту.
– А кто? – оглянулся доктор.
– А вот дедушка. Для разнообразия оно и неплохо. Утром девушка. Вечером дедушка, – рассуждал фельдшер, доставая из чемоданчика тонометр. – Давайте сначала давление измерим.
– Да знаю я все про свое давление… – недовольно шептал старик, протягивая руку.
– А вот и не знаете… – Лицо доктора стало невероятно серьезным. – Очень высокое давление у вас. Поедем в больницу?
– Никуда я не поеду, – закапризничал Алексей. – Полежу, оно и пройдет. Перенервничал просто.
– Есть кому с ним быть? Его пару дней нельзя оставлять одного. Мы укол сейчас сделаем, но гарантировать ничего не можем.
– Я побуду, – вскинулась Настя.
– Тебе же самой завтра к врачу, – удивленно посмотрел на нее Паша. – А я не смогу. Завтра у меня на работе очень важная встреча.
– Ну и иди себе на свою работу. А мы посидим с дядей Лешей, поболтаем. А к врачу я схожу попозже. Время еще есть.
– Время есть, – задумчиво повторил за ней старик.
– Ну, смотри́те сами, – фельдшер закрыл чемоданчик и поднялся, – и помните: никаких волнений.
– Я вас провожу. – Паша поднялся. Сделав первый шаг, он запнулся о запечатанную коробку с документами, стоя́щую на полу, и едва не упал. – Извините, мы только что переехали. Еще не успели разложить вещи, – зачем-то он извинился перед бригадой врачей.