— Хах! — коротко и зло хохотнул старик, — Размечтался! Не-е-ет, мальчишка. На то что бы обучить тебя, или кого-угодно, пути Мастера Смерти мне не хватит времени. Этот путь длинен и труден. На то что бы стать Мастером Смерти уходят столетия, а ты… ты не соответствуешь даже начальным критериям. Это я про твой страх, если ты не понял.
— Да что вы заладили! — вспылил я, — Страх! Страх! Страх! Ну боюсь я, и что с того?!
— А то, — старик резко подался вперёд, заставив меня прочувствовать угрозу, исходящую от него волной. Старик смог впечатать меня в спинку кресла, всего лишь слегка поменяв мимику и пластику движения, таким образом что я перестал воспринимать его как старика, или наставника. Моё внутреннее чутьё вопило о том что передо мной сидит смертельно опасный хищник, готовый вонзить в моё горло свои клыки, — Страх присущ всем живым существам, без этого никак. Это верно.
Заставив меня заткнуться старик вновь утонул в глубоком кресле, сделанном для кого-то покрупнее.
— Но твой страх написан на твоём лице. Слишком явно, можешь мне поверить. Но! Как я и говорил, мне на это плевать. Ты достаточно хорошо себя контролируешь, что бы это не стало для меня проблемой. Меня не интересует твой страх, как таковой. Меня интересует причина твоего страха. И, что бы тебе была понятнее причина моего интереса, я тебе кое-что расскажу.
Старик ненадолго замолчал, вероятно собираясь с мыслями, либо решая, не стоит ли меня выкинуть прочь из его обители.
— Когда я спросил тебя про детей, и их возраст, я не шутил, мальчишка, — заговорил он, и его голос приобрёл глубокие, приковывающие к нему всё внимание, нотки, — В Крепости рождаются дети, это так. Вот только, есть одна особенность. Ты не найдёшь здесь никого, чей возраст не выходил бы за определённый диапазон. Вот тебе шестнадцать лет, верно?
Дождавшись от меня кивка, он продолжил.
— Будь уверен, если не брать в расчёт остальных детишек, самый близкий к тебе по возрасту сиинари будет иметь схожее число, только на сто лет старше. На две сотни лет. На три. На четыре, и так далее. Не находишь это странным?
— Я не силён в биологии, — признался я, провоцируя старика продолжить говорить.
— Я тоже, но, даже мне хватает понимания что эта ситуация — выходит за рамки нормальности. Мы просто перестаём размножаться, стоит пройти определённому временному отрезку. Словно кто-то выключает в нас эту функцию. Причём, так качественно, что мы и сами этого не замечаем. Понимаешь?
— Высшие силы? — ляпнул я первое что пришло в голову.
— Пф! Вы-ы-ысшие си-и-илы, — передразнил он мои слова, карикатурно помахав руками в воздухе, — Нет, конечно! Я не верю в такой бред, и тебе не советую! Все записи Мастеров Смерти, — он обвёл руками монументальные стеллажи, забитые книгами, — Говорят что нет тех кого невозможно убить, а боги… Ладно, оставим этот вопрос.
В его руках появилась стеклянная бутылка, весьма достойных объёмов, наполненная бордовой жидкостью, и пара керамических кружек. Наполнив обе он поставил одну передо мной, тут же приложившись ко второй.
Он так напьётся, быстрее чем закончит свой рассказ.
— Что тебе показалось странным в Резиденции, мальчишка, — спросил он, вновь наполняя свою кружку, — Кроме странных обитателей.
— Если не учитывать обитателей… — задумался я, взяв в руку кружку, и покрутив её, в задумчивости, — Летоисчисление. Я прошерстил библиотеку Резиденции, не могу сказать что прочёл все книги, но… я так и не нашёл точку отсчёта. Что-то, от чего вели бы отсчёт.
— Вот! — он ткнул в мою строну пальцем, едва не расплескав содержимое кружки, — Что ещё?
— Ну… — я крепко задумался, подбирая факт, на который мог бы обратить внимание в первую очередь, не будь эта жизнь не первой, — Так сразу и не сказать… там хватало странностей.
— Ладно, — махнул он свободной рукой, и придвигаясь ближе, уперев в столешницу свои локти, — Не напрягай свои извилины. Они и так, еле двигаются, хех…
Сделав ещё один богатырский глоток старик не стал наполнять керамическую тару, просто отставив её в сторону.
— Значит слушай, мальчишка, — начал он, сплетя пальцы и уперев взгляд в столешницу, — Вот к каким выводам я пришёл после смерти моих товарищей. Это… прочищает мозги, знаешь ли. Заряд опасности. Танец, между жизнью и смертью. Выжимание из себя всех соков, в бесплодных попытках спасти хоть кого-то… — он ненадолго прервался, одолеваемый неприятными воспоминаниями, — Мы… мы вымираем, мальчишка. Медленно, но верно. Молодые родятся в строго очерченные временные промежутки, а старики, по достижению определённого возраста, просто… уходят на север. К Резиденции. И, что крайне занятно, — его рот растянулся в злой усмешке, — Всех их посещает одна и та же навящевая мысль. Все они твердят про «Тропу Предков». И я…
Ладонь старика легла на висок. Веки прикрыли глаза, затянувшиеся туманной поволокой. Голова старого сиинари медленно, словно в замедленной съёмке, качнулась из стороны в сторону.
