В ответ на это заявление случилась немая сцена, а младший брат императора, только что бочком-бочком влезший через портал в наше Тридесятое царство, также аккуратно, стараясь не привлекать к себе внимания, нстал сдвигаться обратно на выход, потому что понял, на какого зверя была расставлена эта ловушка. При этом спасаться бегом сломя голову ему не позволяло чувство собственного достоинства. Но его уход «не прощаясь» был мне совершенно не по фэн-шую, поэтому входной портал за его спиной тихо и незаметно растворился в воздухе. Двери закрываются, поезд дальше не идет.
– А вот ваш младший сын, ваше вдовствующее императорское величество, вызывает во мне значительно больше надежд, чем ныне царствующий император – сказал я. – Я надеюсь, что он не зароет свой божий дар в песок, не промотает его по пустякам и не принесет в жертву своим затаенным страхам. Расслабьтесь, юноша; брать на себя ответственность за исполнение дела – это совсем не больно, тем более что у вас для этого есть все необходимое: талант, воля и императорская харизма, не хватает только храбрости для того, чтобы перешагнуть через себя и выйти в свободный полет.
– Сергей Сергеевич, – с самым серьезным видом обратилась ко мне вдовствующая императрица, – у вас есть какие-то серьезные обоснования для такого заявления?
– Разумеется, ваше вдовствующее императорское величество, – ответил я, – мой статус младшего архангела не позволяет мне говорить всуе ни одного слова на такие серьезные темы. Моя Богом данная жена, Великая княгиня Артанская, в девичестве княжна Елизавета Дмитриевна Волконская, как раз происходит родом из того мира, где вашего младшего сына помнят как императора Михаила Второго. При этом разного рода политическая оппозиция еще при жизни назвала его Михаилом Лютым, европейцы зовут его Михаилом Ужасным, а российский народ запомнил его как Михаила Великого…
И снова немая сцена, потому что таких подробностей я не рассказывал даже самому Николаю Александровичу, сейчас с удивлением глядящему на своего младшего брата. Но, как оказалось, уважаемую Марию Федоровну удивило в моем заявлении вовсе не это.
– Вы сказали, что ваша жена происходит совсем из другого мира будущего, иного чем ваш… – произнесла она. – Но я не понимаю, как это вообще может быть возможным…
– Вы можете удивляться, но это действительно так – сказал я. – У нас тут все как на Ноевом Ковчеге. Я и мои изначальные соратники происходим из одного не очень приятного мира, который мы считаем миром основной последовательности, опережающего ваше время на сто с лишним лет. Моя супруга родом из другого, гораздо более счастливого мира, отделившегося от этой самой основной последовательности в самом начале русско-японской войны. Мой начальник штаба и весь командный состав происходят из третьего мира, оторвавшегося от общей истории после краха Российской Империи. И только танковый полк, шугнувший японцев от Порт-Артура как шелудивых псов, попал к нам из четвертого мира, как две капли воды похожего на мир основного потока, на тридцать лет отстающий от моего родного. И еще у нас имеются вполне достоверные материальные свидетельства существования еще как минимум двух альтернативных миров. Из одного мира, отделившегося от основного потока после русско-турецкой войны тысяча восемьсот семьдесят седьмого года – у нас оружие, найденное на потерпевшем времякрушение корабле, оказавшемся набитым всякой всячиной. А из второго мира, помеченного первой половиной сороковых годов двадцатого века в мир, с которого начались все наши приключения, пришли разгромленные нами враги, предки которых бежали в ту дыру от ужасного и победоносного русского воинства.
– Сергей Сергеевич, – умоляющим тоном произнесла вдовствующая императрица, – вы совсем сбили меня с толку. Неужели разных миров так много, как вы говорите?
