В супермаркете всегда хорошо. Здесь не тепло и не холодно. Как надо. Здесь чувствуешь себя в безопасности, как в чужом городе, когда кажется, что ты вырвался в другую реальность, или попал в кино, где все не по-настоящему. Заметил, что в супермаркетах – не дешевых полуоптовых базах, которые зовутся гордым иностранным словом, а в нормальных больших супермаркетах – почти никогда не встречаются старухи и гастарбайтеры, как будто охранник на входе проводит селекцию покупателей. А может быть, по вечерам они сидели дома. Вспомни, когда ты бывал в супермаркетах? Только по вечерам, возвращаясь с работы и сделав контрольный звонок Ольге – что-нибудь купить? Обычно, выяснялось, что купить что-нибудь нужно, и тебе приходилось заходить сюда. В зависимости от настроения, ты мог идти с удовольствием, особенно, если нужно было купить для себя бутылку пива или виски, а мог прийти с покупками и в очередной раз устроить разборку на тему твоей работы, ольгиных посиделок дома, и почему она не могла за целый день купить то, что нужно.
Может быть, спокойствие, которое здесь тебя обволакивает – от ощущения детства и мстительного желания накупить всякой разной вкусной ерунды, которую только пожелаешь. Никто не стоит над тобой и не спрашивает, зачем тебе это нужно и не говорит, что обойдешься, потому что накануне плохо себя вел. Помнишь свой первый батончик Марс, который принесла мать из выросшего неподалеку от дома киоска, и как ты нарезал его маленькими кусочками, чтобы продлить удовольствие на несколько дней. Теперь же этих батончиков можно было купить хоть целую коробку, и от своих возможностей ты чувствуешь себя повелителем миров.
В первом отделе – апельсины, бананы, киви, яблоки – сшибают запахом летних каникул и нового года. За ним – отдел с конфетами, зефиром в шоколаде, печений, пряников, тортов, чая и кофе. Те, кто проектируют расположение всего этого добра, ясное дело, обладают умом древних жрецов, и простраивают реальность по своей потребительской библии. Мир детства, конечно же, единственный осязаемый образ рая. Пройди весь путь к началу. Фрукты, конфеты – сладкий рай. Следом – крупы, рыба, салатики, хлеб – как напоминание о грехе, здесь ты обычно путаешься, забываешь, что нужно купить, мечешься из рыбного отдела в хлебный, вспоминаешь, что забыл купить сахар или соль. В молочном отделе сшибает запах младенческого пота – тревога перед выходом в большой мир. У самых касс, для тех, кто испытывает космический страх, рядами стоит алкоголь и напоминание о рае, расфасованное в красочные обертки сосательных конфет, жвачек и шоколада.
Не спеши на выход, остановись у полок с водкой и вином, сделай вид, что ты увлечен выбором, тебе же не хочется выходить в большой-пребольшой мир. Твое дело сейчас поглядывать на выход и ждать появление Гуся, а может быть, рассерженных охотников, которые прямиком отведут тебя в ад.
Солнце прицелилось прямо в глаза. Давай просыпайся, пора что-то делать. Осмотрись по сторонам – хуже дня и места не придумаешь. Понедельник, обочина дороги, по которой несутся машины. У людей дела, четкий распорядок и цели. У тебя есть цели, кроме как сходить поссать и залить в пересохшую глотку побольше холодной воды? Для тебя все радости жизни – справа растут кусты, а позади виднеется заправка.
Ты в машине один. Где Гусь? Давай вспоминай, что было вчера.
Гусь забрал тебя из супермаркета, чуть ли не за руку выволок. Ты как баран перед новыми воротами стоял в узком проходе возле касс и не решался шагу ступить, вцепившись в бутылку водки. Потом вы долго молча ехали по дороге и остановились здесь, поближе от цивилизации – этого светящегося островка заправки. Гусь открыл бутылку и вылакал треть, после чего рассказал о том, что случилось там. Когда он спокойно садился в машину, те ребятки уже прорвались в подъезд. Он завел машину и уже тронулся с места, как в этой самой квартире, в которой они были несколько минут назад грохнул взрыв. Стены первого этажа поджались внутрь, и сердцевина длинного дома аккуратно сложилась в пыльную кучу. В зеркале Гусь видел только огромную щербину, заполненную клубами пыли.
Только б живы были, только б живы были – твердил Гусь, и ты заметил, как у него стучат зубы об горлышко бутылки. Не знаю, может газ? – говорил Гусь, – а может, у какого-нибудь долбоеба чеку сорвало. Надо пересидеть, подумать, – говорил он. – могут и на нас выйти… Пальма голодная, но это ничего, она у меня выносливая.
Он позвонил куда-то и старый жигуленок с надписью доставка алкоголя – привез вам еще две бутылки водки. Так вы и пили всю ночь, молча, сосредоточившись на тлеющем за лобовым стеклом востоке.
Выходи, кусты ждут. Рядом никого, только машины проносятся со свистом. Под хлипкими кустами – толку-то от них, не прикрывают даже – на изнасилованной земле, валяются шприцы, пакеты и окаменевшие куски газеты. Неуютно тебе? Смотри не законтачь, мало ли.
Вот это номер! Гусь уже будет сидеть за рулем. Как ты его пропустил? Или он за машиной прятался?
Гусь будет напряженно вглядываться куда-то в небо.
– Нормально все?
