Его злорадный смех гремел под сводами. От ярости у меня открылось второе дыхание – под натиском моего фантома Сборщик умолк и рухнул на пол.
Арктур уцепился за меня и подхватил меч, второй по-прежнему валялся в галерее. Я надеялась, что, устранив Джексона, избавлюсь от Потрошителя, однако полтергейст продолжал нас преследовать. Спина взмокла, в ушах звенело. Я провалила задание, подвела Дюко.
А значит, терять мне больше нечего.
В волосах алмазами застыли бусинки пота. Спотыкаясь и поддерживая друг друга, мы добрались до взломанных дверей южного крыла. Переступив порог, я машинально заперла створки. На середине лестницы Арктур упал, увлекая меня за собой.
– Нет-нет! – Дыхание вылетало изо рта густыми белыми облачками. – Поднимайся. Надо идти…
– Освободи пленников. Брось меня, Пейдж.
Двери внизу слетели с петель. Полтергейст с воплем ринулся на нас. От злости и страха адреналин в моей крови зашкаливал. Подавив остатки инстинкта самосохранения, я повернулась к Потрошителю и выставила левую ладонь с вырезанным на ней словом РОД.
– Прочь! – То же самое я говорила призраку, питавшему «Экстрасенс». – Убирайся в кромешную тьму…
Из рубцов хлынула энергия, похожая на ту, что возникает при отрешении, но в разы мощнее. Полтергейст замедлил темп. Внезапная преграда не просто не утихомирила, а, наоборот, только разъярила монстра. Очевидно, я высвободила силу, названия которой не знала.
– Ну и ладно! – завопила я. Давление усилилось. Полтергейст рванул вперед, эфир содрогнулся от его визга. – Смелее, Джек. Не тяни, ты ведь давно мечтал заполучить странницу.
Ну вот и все, сейчас он расплющит меня, раздавит, как мокрицу. Внезапно полтергейст отпрянул, как будто наткнулся на невидимый барьер. Давление прекратилось, и я в изнеможении привалилась к стене.
Сигнальная ракета взмыла вверх, небо озарила яркая вспышка. Стиснув зубы, я сняла с подставки пылающий факел и поднесла к ближайшей гардине. Огонь взметнулся по ткани к обшитому деревом потолку. Я подожгла все шторы и занялась портретами: Жорж Бенуа Менар, Фрэнк Уивер, Абель Мейфилд, Ирен Турнер, весь омерзительный театр марионеток, допустивший этот кошмар. Полюбовавшись их оплывающими физиономиями, я метнула факел в шпалеру.
Спалить это проклятое место дотла!
Пламя окрасило коридор пульсирующим узором света и тени. Я бросилась к Арктуру, закинула его руку себе на плечи… и со стоном отчаяния рухнула на колени, придавленная его могучей комплекцией.
– Арктур! – Я трясла его за плечи, ощупывала неподатливое, одеревеневшее тело. – Вставай. Ты слишком тяжелый…
– Знаю. – Из-под перчаток выпирали вздувшиеся жилы. – Беги, Пейдж. Спасайся.
– Нет.
Огонь уже перекинулся на потолок. Проклиная себя последними словами, я обхватила лицо рефаита ладонями и запрокинула ему голову.
– Ты все еще хочешь меня? – произнесла я.
Почти угасшее пламя в его глазах разгорелось с новой силой.
– Скажи, что хочешь. – Наши губы почти соприкасались. – Скажи, что не отступишься.
Спину нестерпимо жгло. Казалось, места опаснее нельзя и вообразить, однако на долю секунду мне почудилось, что мы опять одни на целом свете, в другой колыбели революции, качавшей нас, когда все только начиналось. Арктур коснулся моей щеки, прижался лбом к моему лбу и вдруг обмяк в безмолвной капитуляции. Он ничего не ответил, но я и так знала. Потому что знала его.
– Вставай, – шепнула я. – Пора возвращаться в Париж.
На сей раз он поднялся вместе со мной и повел меня вниз по лестнице, прочь от пожара. Воздух накалился. Повсюду плыл густой дым.
– Остаешься на шухере. – Я закашлялась в рукав. – Сейчас приведу пленников.
Я выудила из кармана ключи и молнией помчалась по коридору, мимо безлюдных покоев. Обогнула четырех распростершихся без сознания легионеров и, добравшись до скопления лабиринтов, отворила ближайшую дверь. За ней на небольшом столике горела керосинка.
– Кто здесь?
Налобный фонарь высветил решетчатую стену. Между прутьями торчала худая смуглая рука, принадлежавшая человеку в белой тунике. Борода совершенно преобразила его лицо, однако шрам на лбу, янтарные глаза и родинка остались неизменными.
– Пейдж, – выдохнул бородач.
– Зик! – Я припала к решетке. – Живой!
– Ты пришла за нами. – Он стиснул мою ладонь и слабо улыбнулся. – Надин не сомневалась, что ты придешь.
– Само собой. – Я загремела ключами. – Знаешь, какой нужен? – Зик кивнул, и я отдала ему всю связку. Из камеры разило пóтом и мочой. – Где Надин?
– Тубан увел ее пару часов назад. – Зик вдруг начал заикаться. – Я должен ее найти!
– Найдем обязательно.
Он подобрал ключ и распахнул дверь камеры. Двенадцать изнуренных ясновидцев в белых туниках стали пробираться к выходу.
– Майкл, – прохрипела я, всматриваясь в угрюмые лица. – Зик, где Майкл?
Зик выводил пленников, помогал тем, кто от слабости не мог даже подняться.
– Который?
– Майкл Рен. Нечитаемый, примерно твоих лет, молчун…
– Он был здесь, – вклинился опиравшийся на Зика гадатель с жидкими волосами. – Но вчера его забрали. Куда – понятия не имею.
Мы разминулись буквально на несколько часов. Я поманила ясновидцев в коридор:
