– Помни, может существовать какая-то причина, по которой она не захочет выдавать личность твоего биологического отца. Но как только она увидит твой лучший умоляющий взгляд, я уверена, она передумает. Кстати говоря, позволь мне посмотреть, как ты будешь умолять.
Райли делает такое лицо, как будто она только что наступила на конструктор Lego.
– Ладно, лучше просто вежливо улыбнись, – предлагаю я.
– Еще раз спасибо. – В глазах Райли глазах видна искренняя благодарность. – Я не знаю, что бы я без тебя делала.
– Ну, ты бы точно не пошла в какую-нибудь сомнительную забегаловку в Ревире, – говорю я, и мы прыскаем от смеха.
Нам предстоит долгая поездка – больше часа, и, к сожалению, у нас достаточно времени, чтобы помолчать. Возможно, нас объединяет миссия, но это не дает нам такой связи, как у Эллиота и Э.T.[30] Мне не нравится подолгу ничего не делать и ничего не говорить, поэтому я предлагаю зайти в «Старбакс». Если бы корпорация «Старбакс» не стремилась к ресурсосберегающему будущему с заявленной целью сократить выбросы углекислого газа, воды и отходов наполовину, я бы пошла в другое место.
Пятнадцать минут спустя мы ощущаем прилив энергии благодаря сахару в наших ванильных латте (у меня с миндальным молоком).
Следующее, что я помню, – Райли упоминает о Дилане.
– Как у него дела? – спрашивает она.
– Он сходит с ума. Не ест. Не спит. Ушел из команды по реслингу… мой дядя разозлился из-за этого. Ему больно и отстойно.
Мне тоже отстойно, потому что я чувствую свою вину за происходящее.
Райли поворачивает голову, чтобы я могла увидеть боль в ее глазах.
– Меня от этого тошнит, – говорит она так, словно ее мутит на самом деле. – Хотела бы я знать, кто прислал ему эту фотографию. Я бы убила его.
«В очередь!» – думаю я про себя. Я не разговаривала с Джеем с тех пор, как повздорила с ним у него в подвале. Очевидно, я не могу позволить Райли узнать, что я была с ним в машине той ночью, но теперь я могу открыто говорить о парне-с-зонтиком.
– Так кто же тот счастливчик на фотографии? Кто-то из нашей школы?
– Нет, он не ходит в школу. Он, эм-м, старше, – нерешительно сообщает она.
– Колледж? – спрашиваю я.
Райли бросает на меня красноречивый взгляд, но больше ничего не говорит. Я вспоминаю о том, как во второй раз увидела этого парня в вестибюле отеля. Тогда я тоже не разглядела его как следует, но что-то подсказывает мне, что у него уже был диплом колледжа в рамке.
– Райли, тебе нужно быть осторожней, – предупреждаю я.
– Я могу постоять за себя. – Она произносит это быстро, как ложь, которую постоянно повторяет.
– У парней постарше другие планы, – настаиваю я. – Они хотят лишь одного.
– Я уже отказалась от этого, – говорит Райли.
Я не могу удержаться от смеха.
– Я говорю не только о сексе. Я говорю о твоих эмоциях, о том, как защитить себя. Эти парни используют тебя и выбросят, как мусор.
Райли на некоторое время замолкает, погруженная в свои мысли. В конце концов она нарушает молчание.
– А ты?.. – нерешительно спрашивает она меня.
– Что я?
– Девственница?
– Девственница? – Я морщусь при этом слове. – Честно говоря, это такая архаичная концепция. Это просто еще один способ, которым общество навешивает ярлыки на женщин в соответствии с их сексуальным поведением.
– О, избавь меня от своей демагогии, Летти. Просто ответь на вопрос. У тебя уже было или нет?
Поскольку она говорит правду, по крайней мере, мне так кажется, я решаю не лгать.
– Нет, не было.
Райли реагирует сдержанно:
– Круто. Лучше дождаться подходящего парня.
– Или девушку, – напоминаю я ей.
Райли искоса смотрит на меня.
– Тебе что… нравятся?..
– Нет, – отмахиваюсь я. – По крайней мере, я так не думаю.
Райли смеется.
– Ну, круто, если так. – Она делает паузу, прежде чем выпалить: – Так я тебе нравлюсь?
Я закатываю глаза.
– Тебе обязательно всем нравиться, Райли? – Я выдавливаю улыбку, давая ей понять, что шучу, и мы обе смеемся. – Но, если серьезно, я беспокоюсь о тебе. Этот парень постарше – у него есть имя?
– Зови его просто парень. – В глазах Райли пляшет огонек, который, как мне кажется, говорит о любви.
– Ладно, что ж, просто парень заставляет меня нервничать, – не унимаюсь я.
– Я могу постоять за себя.
Ну вот, она снова прибегает к этой лжи.
– Правда можешь? – недоверчиво смотрю на нее, потому что искренне обеспокоена.
– Могу.
Я закрываю эту тему, потому что нам нужно сосредоточиться на том, чтобы добраться до Ревира.
Примерно через час мы едем по узкой дороге, застроенной маленькими домиками, прижавшимися друг к другу. Это совсем не похоже на Мидоубрук с его широкими зелеными улицами и лужайками, за которыми ухаживают, как за полями для гольфа.
В конце концов мы останавливаемся перед белым одноэтажным строением, которое выглядит так, словно ему не помешал бы новый слой краски… и новая подъездная дорожка, новое ограждение, ставни и кое-какая обработка окон, но я здесь не для того, чтобы судить. Я здесь, чтобы найти отца Райли.
