Сотник полностью

"Чего там Юлька велела? Щёку тёплым завязать? Очень хорошо, завяжем…"

Сучок набрал отвара в рот и принялся с шумом гонять его во рту.

"Сено и сено, но раз сказала лечебно — значит, лечебно! Вроде и правда отпускает…"

Старшина сплюнул отвар в помойную лохань, пристроил кувшин на полку и направился к ларю с одеждой.

"Та-а-ак, чего у нас там? Чем завязывать будем? Не, это не пойдёт, это тоже, и это… А это что? Портянки зимние? Да ну на хрен!"

— Ты чего, Кондрат, портянки на ночь глядя сменить решил? — Мастер Нил возник неизвестно откуда.

— Юлька велела щёку повязать, чтоб зуб в тепле, значит…

— А-а-а-а! — закивал головой Нил, — Нашёл чего?

— Да не портянками же рожу мотать?! — вызверился Сучок. — Какая-то сука запасной куколь попрятала!

— Э-хе-хе, Сучок, ступай-ка ты, голубь сизый в сени…

— На кой?!

— А там кадка с водой стоит!

— И что?!

— Так ты в неё загляни, вот и увидишь ту суку, что барахло твоё прячет! — ухмыльнулся Нил.

— Да чтоб тебя, Шкрябка! Задрал меня этот зуб — всё в башке путается! — Сучок вздел к потолку бороду и провёл ребром ладони по шее. — Вот как задрал!

— Ладно, сиди, страдалец, добуду я тебе, чем башку замотать! — Нил развернулся к выходу.

— Спасибо, Шкрябка!

— Не на чем! — ответил, не оборачиваясь, Нил и нырнул в сени.

— Охо-хохонюшки, чтоб тебя в лоб через дубовый гроб! — выругался Сучок и поплёлся за кувшином — полоскать.

Старшина лежал на лавке, баюкал на подушке распухшую вдвое щёку и мучительно думал.

"Етит его долотом — помогает Юлькино сено или нет? Вроде, когда того, оно и ничего, а чуть перестал, так хоть на стенку лезь! Вот, опять! Су-у-у-ука-а-а-а! Да что ж ты дёргаешь так?! Где там Шкрябка запропал?! Сейчас, ей-богу, полезу морду портянкой мотать, мож, полегчает! Мука-то какая, Господи-и-и! Отродясь зубы не болели — выбивали только! Хоть бы в рожу кто дал, чтобы этот паршивец выскочил!"

В сенях хлопнула дверь.

"Неужто Шкрябка?"

Нил, ухмыляясь во весь рот, ввалился в горницу.

— Как жив, болящий?! — вопросил он, доставая что-то из-за пазухи.

— Не дождёшься! — прохрипел Сучок.

— Вот и ладушки! — преувеличенно бодро отозвался Нил, — Гляди, чего тебе Плава прислала!

С этими словами мастер извлёк из-за пазухи нечто мохнатое, тряпичное и совершенно бесформенное.

— Это что?! — Старшина в изумлении уставился на ком.

— Как что?! — возмущённо вскинулся Нил. — Плава тебе самонаитеплейший свой платок прислала и вот ещё чего — гляди!

Сучок сунулся к Нилу и разглядел в глубинах скомканного платка ещё один маленький свёрточек из чистой тряпицы.

— А там-то что? — устало спросил старшина.

— Так, Кондрат, Плава как узнала, что ты с зубом-то маешься, велела тебе вот это снести, — Нил сбился на скороговорку. — Средство, говорит, наипервейшее! К зубу приложить и как рукой!

— Точно? — с надеждой в голосе пролепетал Сучок.

"Вот ведь как — будто о родном заботятся все! Аж слеза наворачивается! Точно, дом у меня тут в Михайловске, прям, род! Выкупиться бы ещё да с Алёной обвенчаться — тогда совсем добро! Шкрябку в дружки позову!"

— Точней не бывает! — усиленно закивал головой Нил. — Плава сказывала, что у них в Куньем волхв завсегда зубы им всем пользовал! Ты давай, пасть-то раззявь! Вот так, умница!

Сучок, как загипнотизированный, отщипнул тёмной рыхловатой массы, что содержалась в свёрточке, скатал в комочек и приложил к больному зубу. Нил только этого и ждал — не успел старшина закрыть рот, как платок будто сам собой обернулся вокруг головы и завязался на макушке узлом с кокетливо торчащими ушками.

— Слышь, Сучок, ну как оно, легчает?! — раздался голос Гаркуна.

Старшина поднял голову и увидел, что пока они беседовали с Нилом, в горницу набилась куча народу. В невеликом помещении, помимо Сучка, Нила и Гаркуна, обретались Гвоздь, Матица, Плинфа, Мудила, Скобель, Отвес, Струг, подручный Гаркуна Живун, а из сеней торчала рыжая башка Швырка.

— Ну, Кондрат, чего? — высказал общий вопрос Плинфа.

— Н-н-н-не зн-н-наю! Н-н-не п-п-понял ещё, — проблеял Сучок, прислушиваясь к ощущениям.

— Погодить надо. Оно ж не сразу, — рассудительно заметил Мудила.