Тонкие пальцы мелко дрожали, теребя висящий на шее девушки пропуск посетителя. Но не из-за того, что она предоставила фальшивые документы, чтобы проникнуть в государственную тюрьму Снейк Ривер. Она был взволнованна предстоящей встречей, и шнурок пропуска, казалось, хотел ее задушить.
Сотрудник сопроводил девушку в комнату для посещений. Холод металлической поверхности столика и телефонной трубки обжег нежную кожу, но Изабель даже не вздрогнула, охваченная внутренними переживаниями, из-за которых она не замечала, как плывущим фоном сменялись люди вокруг: заключенные, посетители, работники…
Прошла вечность, прежде чем послышался приглушенный лязг, и отворилась дверь по ту сторону помещения, разделенного стеклом. Изабель обеспокоенно смотрела на знакомый силуэт с поникшей темноволосой головой. Казалось, земля вот-вот выбьется у нее из-под ног.
Дивер выглядел хуже, чем когда она видела его в прошлый раз, в суде. Неопрятная щетина, сальные непричесанные волосы, припухлость под глазами. И что-то еще… что-то еще изменилось в нем, но она не могла понять, что именно.
Когда он поднял свой воспаленный взгляд встретился с ее глазами, то застыл на месте. Надзиратель, раздраженный заминкой, выругался и силой опустил заключенного на стул, приковав его руку к столу. Но когда он отошел, оба молчали, прожигая взглядами разделявшее их стекло.
Количество невысказанных слов убивало. Вдруг поджатые губы девушки задрожали, и она подняла лицо к потолку в безуспешной попытке подавить слезы.
– Что ты творишь? Бель, ты не должна быть здесь, – прошипел Дивер в трубку, пока его сердце разрывалось от вида мучений любимой и невозможности к ней прикоснуться.
– Я хотела тебя увидеть, – тихо призналась она, стыдливо смахнув не сдержанную слезу.
Девушка понимала, что запросто может попасться на обмане. Сколько у них времени, пока служба безопасности не обнаружит подлог документов?
– У тебя могут быть проблемы. Ты должна уйти, – продолжал убеждать Нейтан. Как ни желал ее видеть, он все же не хотел неприятностей для нее, ведь отдал все, чтобы избавить ее от них. Именно он попросил внести Изабель Харт в список тех, кому запрещены посещения.
