Считается, что в первый раз Библиотека сгорела в 47 году до нашей эры, во время войны Цезаря против царя Египта Птолемея XIV, брата знаменитой Клеопатры. Эта версия проистекает из описаний историка Диона Кассия. Кассий упоминает, что тогда сгорели только "склады", или "кладовые книг"… Вполне вероятно, что в данном случае речь идет о существовавших тогда в Александрии книжных лавках или тюках книг, лежавших на пристани. Сам Юлий Цезарь написал о том, что пожар возник, когда он поджег египетский флот, и огонь благодаря сильному ветру, немедленно перебросился на набережную. Но сама Библиотека находилась далеко от берега, и потому вполне вероятно, что тогда сгорело лишь старое хранилище в Мусейоне, где содержался так называемый "подсобный фонд" основного хранилища.
О следующем пожаре нам известно от летописцев эпохи правления римского императора Аврелиана, который в 273 году уже новой эры вёл войну с царицей знаменитой Пальмиры — легендарной Зенобией. Но тогда библиотеку снова восстановили, и число книг, по некоторым источникам, в ней даже увеличилось. Таким образом она просуществовала еще триста лет, вплоть до вторжения арабов, однако арабы этих книг не уничтожали, иначе подобный акт насилия над исторической наукой и культурой всемирной цивилизации наверняка бы стал достоянием истории. Книги просто вывезли из здания Библиотеки, где была устроена мечеть, и дальнейшие следы этой уникальной во всех отношениях коллекции прочно, как кажется, теряются во тьме веков…
Между тем до наших дней дошло предание, что книги, выброшенные невежественными, но все же не лишенными признаков какого-то здравомыслия арабами, подобрали александрийские копты — арабские христиане египетского происхождения, которые, в отличие от византийских христиан или мусульман, прекрасно понимали историческое значение научного и культурного наследия исторических эпох. Эти самые копты собрали все книги и спрятали их в катакомбах, вырубленных в скальном массиве под Александрией, и которые на протяжении долгого времени служили им местом священных церемоний в честь бога Аписа — земного воплощения древнеегипетского Птаха, покровителя искусства и ремёсел. Однако версия эта всерьёз никогда и никем не рассматривалась, потому что в этих самых катакомбах до сих пор ничего не найдено.
История, рассказанная Лобре, проливает некоторый свет на эту проблему. То, чего не удалось сделать историкам, было совершено контрабандистами, иначе если эта вся история всего лишь плод чьего-то слишком уж богатого воображения, то откуда тогда, скажите, взялись "греческие книги", найденные на Мальте и Барбадосе, принадлежность которых к собранию Александрийской библиотеки доказана хотя бы тем, что все они за малым исключением присутствовали в "Каталоге Каллимаха"?
На эти вопросы никто из исследователей пока не имеет однозначного ответа. Если учесть, что "александрийский след" протянулся на многие тысячи миль от Египта и до самой Америки, то где гарантия того, что вдоль этого пути не отыщется еще некоторое количество столь желанных для науки ящиков? Ведь каким бы вместительным не был тайник на сгоревшем "Морро Касле", в нем не смогла бы поместиться и десятая часть сохраненных образованными коптами сокровищ.
Как бы там ни было, а история пожара на "Морро Касл" еще далеко не закончена. Сафферну, по его словам, еще предстоит, без сомнения, интересный разговор с бывшим доктором Ад Хаши — этот почтенный старик вовсе не выдумка Жана Лобре, как американец полагал ранее, он до сих пор живет и процветает в Каире, и с его помощью Сафферн надеется ознакомиться с теми секретами, которые в своё время помогли ему и доктору Банаму проникнуть в третий ярус Александрийских катакомб… Этой встречей журналист будет обязан своему другу, директору Каирского археологического музея Али Хассану. Также благодаря Хассану он узнал историю о тайных связях бывшего египетского короля Фарука с британскими контрабандистами от археологии, которым он до войны "сплавил" немалую часть сокровищ из разграбленных его подручными гробниц древних фараонов, и ныне представших перед нашедшими их археологами в совершенно плачевном виде. По словам Хассана, и следы остатков Александрийской библиотеки также ведут к этому самому титулованному мошеннику всех времен и народов.
