Отсутствию строгих ведомственных границ учебных заведений двух министерств способствовало единство выполняемых задач по образованию и воспитанию подрастающего поколения, где МПС работало в соответствии с постановлениями и предписаниями Министерства просвещения. Этому же содействовала и профессиональная солидарность учителей и воспитателей, которые в советской провинции сами искали контакты друг с другом для реализации общих педагогических установок. На рубеже 1980–1990‑х годов в новых экономических условиях, вызванных кризисом государственной и централизованной системы управления народным хозяйством и становлением рыночных отношений, началась постепенная ликвидация системы общеобразовательных и детских дошкольных учебных заведений МПС, ставших дорогостоящим бременем для непрофильного министерства.
Само собой разумеется, что на «пустом месте» создать музей нельзя. Организация народного музея возможна лишь в том случае, если есть краеведческий актив, способный вести собирательскую работу, строить экспозицию и развернуть на этой основе широкую пропагандистскую деятельность. Важнейшим условием существования народного музея является также наличие подходящего помещения. Отсутствие хотя бы одного из этих условий делает невозможным создание музея на общественных началах[1135].
Эти слова принадлежали специалистам НИИ музееведения в методической брошюре, изданной к Всесоюзному совещанию народных музеев в 1965 году. Пока профессионалы размышляли над тем, при каких условиях могут появиться общественные (народные)[1136] музеи, как их работу привести в соответствие с музейными стандартами, тысячи советских граждан разного возраста и социального положения, вопреки всем методическим рекомендациям и инструкциям, увлеченно делали выставки, открывали красные уголки, комнаты боевой и трудовой славы и при открытии торжественно именовали их музеями.
Масштаб[1137] и скорость распространения низовой музеефикации были зафиксированы в передовицах газеты «Правда» в 1974 и 1978 годах, в которых обсуждались достижения и проблемы общественных музеев, особенно заводских[1138]. Это был сигнал для всех вовлеченных в процесс создания и работы музея: ведомственные музеи на общественных началах[1139] находятся под пристальным вниманием. Такие музеи должны были создаваться по общественной инициативе (ветеранов, сотрудников и др.), демонстрировать достижения в развитии своего отраслевого ведомства (обороны, здравоохранения, образования, путей сообщения, внутренних дел и т. д.), научных и общественных организаций (профсоюзов, партий, обществ), сохранять общее корпоративное прошлое и пропагандировать политику партии и правительства. Однако большинство подобных музеев официально не регистрировалось, не имело определенного юридического статуса[1140], содержалось за счет организаций[1141] и зависело от личного отношения к ним дирекции. После распада СССР и перехода к рыночной экономике часть этих музеев исчезла[1142]. Другая часть перешла в разряд корпоративных, которые работали на имидж, индивидуальность бренда компании[1143], сохранив при этом свою позднесоветскую специфику: созданные в качестве инициативы «снизу», они балансировали между ведомственными, корпоративными интересами и интересами «общественности».
