«В дореволюционной России почти три четверти населения было неграмотным. Народы Крайнего Севера, Средней Азии и других окраин страны были почти сплошь неграмотными. Грамотность сельского населения, численность которого составляла более 80 % всего населения страны, была значительно ниже грамотности городского населения. Уровень грамотности среди мужчин был почти вдвое, а у женщин – в 3,7 раза ниже, чем в городе. В результате осуществления мероприятий по ликвидации неграмотности в первые годы Советской власти процент грамотного населения уже к концу 1926 г. увеличился почти вдвое. В СССР за минувшие 50 лет подготовлены многочисленные кадры научных и научно-педагогических работников. В 1914 г. численность научных работников составляла 11,6 тыс., в 1940 г. – 98,3 тыс.». (Расцвет социалистической культуры. Страна Советов за 50 лет (Сборник статистических материалов. «Статистика», Москва, 1967))
5 сентября 1931 года ЦК ВКП(б) принял постановление о начальной и средней школе, а через четыре месяца появились программы обучения. 22 февраля 1935 года Совнарком и ЦК ВКП(б), рассмотрев вопрос об организации школьного обучения в городах, приняли постановление о массовом строительстве школьных зданий в городах для прекращения тесноты и многосменности в школах и приеме в высшие учебные педагогические заведения.
Советская столица с каждым годом становилась все более современным городом, и при этом менялась и жизнь горожан. С 1936 года каждый юный москвич и москвичка обрели право и обязанность получить среднее образование. Многие после окончания школы поступили в московские вузы. В Москве постоянно строились новые школы: в пределах Бульварного кольца было построено шесть школ, а между Бульварным и Садовым кольцом – уже двадцать семь, в кольце Камер-Коллежского вала возведено шест. д.сят пять, а на самых окраинах тогдашней столицы было сдано в эксплуатацию пят. д.сят. д.е школы.
«Особенно быстрыми темпами строительство школ пошло в 1936 году, когда Московским Городским комитетом ВКП(б) и Московским Советом были даны указания об одновременной закладке 150 школьных зданий. Благодаря этому 1936 год стал поистине звездным часом школьного строительства Москвы. По своему значению для города это грандиозное созидание одновременно полутора сотен отличных зданий, предназначенных служению высочайшей цели – просвещению юных москвичей, можно сравнить разве что с возведением кирпичных стен Кремля в конце XV века или открытием канала Москва – Волга в следующем, 1937 году» (
Но влияние улицы на воспитание в то время было еще очень сильным, часто превосходя роль школы. Вот, к примеру, обеспокоенное письмо подписчика «Крестьянской газеты» А.И. Пухова из деревни Бахарево Костромской губернии в редакцию издания:
«Читая в „Крестьянских газетах“, я не встречал специальных статей по воспитанью детей деревни, а главное – в этом вопросе деревня нуждается всего более в правильном воспитании детей. Дети деревни, особенно в летнее время, предоставлены самим себе. Отсутствие детских яслей в деревне заставляет матерей во время страдной поры оставлять грудных детей с детьми-малолетками от 5 до 12 лет. Ясно, что такие глупые няньки, которые еще сами требуют за собой присмотра, плохими являются няньками. Предоставленные самим себе, они и не думают смотреть за своими братишками или сестренками, им самим еще хочется поиграть, тем более, что за ними нет присмотра, а в играх их нет разумного руководителя, который бы показал забавные и полезные для развития детей игры. Ввиду этого дети в деревне ведут игры с хулиганскими наклонностями, а главное – война камнями, разухабистые песни, матершина и как заняты опустошением садов и огородов. В нашем месте абсолютно нельзя посеять гороха в отдельном хозяйстве или другие овощи, которые можно кушать в сыром виде, как то: репа, морковь, брюква, огурцы и т. д. Особенно страдают от. д.тских нашествий сады, в которых они уничтожают совершенно еще зеленые, никуда не годные плоды да и губят молодые побеги деревьев».
Легко догадаться, что, попадая в город, юные уроженцы деревни вели себя сходным образом. Если, конечно, их не осаживали резко городские родственники, перед которыми многие деревенские тогда еще робели.
Дети во дворах играли в классики (рисовали мелом клеточки с цифрами и прыгали), слона (куча-мала из участников двух команд) и, конечно, в две старинные игры: в царя горы и казаков-разбойников. Среди самых популярных подвижных командных игр были хоккей и футбол, о которых рассказывали разнообразные анекдоты. К примеру: «Мяч еще летел в окно директора, а дети уже играли в прятки». Ведь с одной стороны, новый строй обещал детям защиту от жестоких наказаний за провинности, а с другой – дети оставались детьми, склонными иногда и к баловству, и к неумеренной активности.
