А у профессора Преображенского, лишенного покровительства советской элиты, отберут сначала ту самую «окончательную бумажку»… Рано или поздно большинство квартир «профессоров Преображенских» становилось коммунальными, и в них заселялись Швондеры. И для Шариковых коммуналки – это удобное и родное место. А люди наподобие Преображенского станут типажами забавных старичков-профессоров в советских кинофильмах.
В самом знаменитом произведении Михаила Булгакова тема коммуналок присутствует постоянно. Именно в коммуналке, хотя и привилегированной, всего на две семьи (изначально оба персонажа были женаты), обитают Лиходеев, который будет выброшен в Ялту после появления в жилище Воланда, и Берлиоз, которому в самом начале романа отрезал голову трамвай. А потом в той самой квартире окончательно воцаряется Воланд со свитой. Он будет рассуждать о «квартирном вопросе», который испортил москвичей. А один из его приближенных – Коровьев-Фагот – станет рассказывать Маргарите во время бала об удивительных махинациях на рынке национализированной вроде бы недвижимости: «Так, например, один горожанин, как мне рассказывали, получив трехкомнатную квартиру на Земляном Валу, без всякого пятого измерения и прочих вещей, от которых ум заходит за разум, мгновенно превратил ее в четырехкомнатную, разделив одну из комнат пополам перегородкой. Засим эту он обменял на две отдельных квартиры в разных районах Москвы – одну в три и другую в две комнаты. Согласитесь, что их стало пять. Трехкомнатную он обменял на две отдельных по две комнаты и стал обладателем, как вы сами видите, шести комнат, правда рассеянных в полном беспорядке по всей Москве. Он уже собирался произвести последний и самый блистательный вольт, поместив в газете объявление, что меняет шесть комнат в разных районах Москвы на одну пятикомнатную квартиру на Земляном Валу, как его деятельность, по не зависящим от него причинам, прекратилась».
О главной героине автор говорит, что она никогда не знала «ужасов житья в совместной квартире», и как бы даже непонятно, почему она несчастна при таком благополучном существовании… И во время своего полета над Москвой Маргарита, заглянув в одно из окон, оказывается свидетельницей скандала на коммунальной кухне.
Наглядным примером, как жили в сталинские времена представители разных социальных слоев советского общества, может служить история одного из московских домов, вошедших в историю как «Дом Булгакова» или «Булгаковский дом». Именно в этом (вовсе не рассчитанном на новую элиту) доме происходили разнообразные события (характерные для сталинской эпохи), отчасти отраженные в прославленном романе «Мастер и Маргарита» и вызывающие ассоциации с ним и его автором, который здесь жил. С домом связано множество известных имен и интересных событий. Так, в 1920-е годы здесь в мастерской видного художника-конструктивиста Георгия Якулова собирались живописцы, театральные деятели и литераторы. Происходили в доме и другие события, заставляющие вспомнить легендарный роман Булгакова. История несчастного управдома Никанора Ивановича Босого из романа «Мастер и Маргарита», у которого при обыске по доносу Коровьева обнаружили валюту в вентиляции, вероятно, как это часто бывает у Булгакова, вдохновлена реальными событиями.
В 1925 году арестовали и судили председателя правления жилищного товарищества дома № 10 по Большой Садовой, тридцатилетнего Николая Зотиковича Раева, члена партии, служащего, заведующего складом Госбанка. В 1924 году он жил в квартире № 33 с женой Пелагеей Ивановной Раевой – тезкой супруги Никанора Ивановича в романе… В апреле 1924 года Николай Зотикович Раев был избран председателем правления. Секретарем стал 19-летний Александр Павлович Хрынин из квартиры № 29. Но уже в следующем году Раев был смещен с должности в результате скандала и последовавшего за ним уголовного дела. Председателя пытались уличить в растрате. Ревизионная комиссия нашла несоответствия в расходовании собранных денег на сироту Шукаева из квартиры № 3, на гонорар артистам, выступавшим на «комсомольской пасхе» в клубе, на похороны жителя дома Кузнецова, на установку радио для клуба и прокат пианино, а также на приобретение собрания сочинений Ленина.
Одной из самых известных коммуналок в советской литературе стала, конечно, «Воронья слободка» из романа Ильи Ильфа и Евгения Петрова. Это обиталище было переполнено колоритными обитателями из категории «не дай Бог таких соседей» и регулярно сотрясалось скандалами и склоками. «Продолжительная совместная жизнь закалила этих людей, и они не знали страха. Квартирное равновесие поддерживалось блоками между отдельными жильцами. Иногда обитатели „Вороньей слободки“ объединялись все вместе против какого-либо одного квартиранта, и плохо приходилось такому квартиранту…» Ильф и Петров пишут о квартире номер три, но не уточняют, были ли в доме еще квартиры или власти Черноморска каждое строение пронумеровали как квартиру.
