«Зеленая палочка» в четырехцветной обложке выходила только в 1920 году. До конца года вышло шесть номеров. В следующем году обложка у журнала стала черно-белой, и было напечатано только два номера. Меценат стал беднее, а потом и совсем разорился. Журнал прекратил свое существование.
А. Н. Толстой обещание выполнил – написал для «Зеленой палочки» прекрасную повесть – «Детство Никиты» – одно из лучших своих произведений. Оно печаталось в номерах со второго по шестой. А в первом номере была напечатана сказка писателя «Синица», рядом с ней – «Колыбельная» (с нотами), слова и музыку которой написала Н. В. Крандиевская. Она поместила в журнале еще одно произведение – стихотворение «День прошел» (1920. № 5/6).
Писатель получал гонорары за свои произведения. Жена зарабатывала шитьем. И всё же во Франции семье жилось тяжело. Н. В. Крандиевская вспоминала:
«Жизнь в Париже была трудной. Толстой писал первую часть “Хождения по мукам”. Я окончила трехмесячные курсы шитья и кройки на avenue de Opéra и принялась подрабатывать шитьем платьев. Были месяцы, когда заработок мой выручал семью».
Безденежье раздражало, вызывало ссоры. Наталия Васильевна писала об этом так:
«Пришел Балавинский и рассказал под строжайшим секретом следующее: чтобы вложить остатки капитала в недвижимость, приносящую доход, “Союз городов” купил имение в окрестностях Бордо. Доход – виноградники, фруктовый сад и птичья ферма. Дом стар, но пригоден для жилья. Очень красива вековая аллея каштанов, ведущая к нему. Вероятно, поэтому имение называется “Les marroniers” (каштаны – франц. –
– Приезжайте с детьми на дачу в Камб. Можно снять для вас небольшой дом с садом, – говорил Балавинский. – Согласны?
Я согласилась…
…Приехал Толстой из Парижа. Он плохо выглядел. Устал, озабочен. Вечером он читал мне только что написанный конец романа “Сестры”, последнюю главу. Как всегда, у него неладно с концом…
– Отдохни! Отложи работу.
Он вдруг вспылил.
– Пиши сама, – крикнул он, – и ну его к лешему!
Он схватил рукопись, в бешенстве разорвал последние листы и бросил за окно.
– Подыхайте с голоду!
Хлопнув дверью, он вышел.
Мы с детьми долго ползали по саду, подбирая в темноте белые клочки.
Мы склеили всё и положили на стол.
Толстой вернулся через час. Он молча сел к столу и работал до свету. Я сварила ему крепкого кофе. Он кончил роман коротко и сильно…
Мы помирились. Как могло быть иначе? Он заснул на рассвете. Я глядела на лицо, серое от усталости. Трудно жить. Кому мы нужны, мой бедный писатель…».
Из окрестностей Бордо в июле 1920 года А. Н. Толстой писал Буниным:
